МОНАХ АВЕЛЬ - МИФ ИЛИ ИСТОРИЧЕСКИЙ ГЕРОЙ ?
НАЧАЛО
”В православных изданиях ХIХ–ХХI веков можно встретить жизнеописания монаха Авеля (в миру крестьянина Василия Васильева), жившего в конце XVIII — начале XIX века. Во многих из них монах Авель предстаёт перед нами как истинный христианин-подвижник, обладавший даром пророчества и страдавший от властей за свои предсказания. Ряд источников относит его к подвижникам благочестия [1] и даже к преподобным отцам [2]. Некоторые авторы считают, что его предсказания имели и продолжают иметь важное значение для исторических судеб России [3].
[Дальше...]
Что же достоверно известно нам об этом человеке? Прежде чем пытаться отвечать на этот вопрос, не рассматривая сочинений тех авторов, которые писали об Авеле, опираясь на разного рода сведения о нём, рассмотрим опубликованные первичные источники информации о жизни монаха Авеля.
МОНАХ АВЕЛЬ. ИСТОЧНИКИ
ОПУБЛИКОВАННЫЕ ПЕРВИЧНЫЕ ИСТОЧНИКИ СВЕДЕНИЙ
1. Воспоминания современников Авеля
Это краткие воспоминания А. П. Ермолова, записанные с его слов неким его родственником [4], известного поэта и героя войны 1812 года Д. Давыдова [5], воспоминания известного историка М. В. Толстого [6], “Записки” И. П. Сахарова [7], а также воспоминания Л. Н. Энгельгардта [8]. Отдельно нужно указать на краткое упоминание о предсказаниях Авеля святителя Игнатия (Брянчанинова) [9].
2. Документы и их фрагменты
В ряде статей, опубликованных в исторических журналах в XIX веке, анализируются и цитируются документы, относящиеся к жизни монаха Авеля. К ним относятся следующие:
- Статья под названием “Прорицатель Авель. Новые подлинные сведения о его судьбе”, опубликованная в журнале “Русский Архив” в 1878 г. [10], представляет, по словам анонимного автора, “извлечение из” архивного “Дела о крестьянине Василии Васильеве, находящемся в Костромской губернии в Бабаевском монастыре под именем иеромонаха Адама, и потом названном Авелем, и о сочиненной им книге. Начато марта 17 ого 1796 года, 67 листов”.
В статье приводятся:
- Извлечения из секретного письма генерал-губернатора Заборовского к генерал-прокурору графу А. Н. Самойлову в связи с арестом монаха Авеля от 19 февраля 1796 г.
- Протокол допроса Авеля от 5 марта 1796 года в Тайной экспедиции. Следователь А. Макаров.
- Судебное решение о заключении Авеля в Шлиссельбургскую крепость.
- Рескрипт императора Павла генерал-прокурору князю А. Б. Куракину об освобождении Авеля из Шлиссельбургской крепости от 14 декабря 1796 г.
- Выдержки из писем Авеля императору Павлу, князю А. Б. Куракину, митрополиту Амвросию.
- Выдержки из писем митрополита Петербургского Амвросия генерал-прокуро¬ру Обольянинову от 19 марта и 29 мая 1800 года и из других писем и документов.
Необходимо отметить, что данный автор, излагая жизненный путь монаха Авеля, некоторые сведения о нём приводит без ссылок на документы. Достоверность этих сведений представляется проблематичной вследствие того, что они не всегда безошибочны. Так, автор неверно указывает год смерти монаха Авеля — 1841 г. (С. 365 ).
В другой анонимной статье “Предсказатель монах Авель” в журнале “Русская старина” за 1875 г. [11] опубликованы следующие сочинения монаха Авеля:
- “Житие и страдание Отца и монаха Авеля” (с купюрами, содержащими “некоторые мистические измышления” (С. 415–416)), написанное, по словам автора статьи, по-видимому, им самим. Заметим, что принадлежность авторства “Жития” Авелю у ряда историков, писавших об Авеле, не вызывало сомнений [12].
- Фрагмент из трактата “Жизнь и житие отца нашего Дадамия”, которое представляет собою вариант изложения “Жития” монаха Авеля. Дадамий — имя, которым Авель иногда подписывал свои письма [13]. Это новое имя (“Дадамей”), по словам Авеля, было дано ему “духом” [14]. По словам автора статьи, принадлежность Авелю данного сочинения в этом случае у него сомнений не вызывает.
3. Выдержка из трактата Авеля “Книга бытия” — толкование на первую книгу Библии.
- Автор указывает на находящуюся в его распоряжении тетрадку, принадлежавшую Авелю, где “на 28 страницах находятся разные символические круги, фигуры с буквами славянской азбуки и счёта, при них находится краткое толкование” [15].
Две из подобного рода символических таблиц из другой подобной тетрадки в 64 страницы опубликованы на С. 428–429, а толкование Авеля к ним — на С. 427 в сноске.
Автор указывает также на находящиеся в его распоряжении трактаты Авеля:
- “Сказание о существе, что есть существо Божие и Божество”,
- “Бытия книга первая”,
- “Церковные потребы монаха Авеля”, а также 12 писем Авеля к графине П. А. Потёмкиной за 1815–1816 годы и письмо Авеля к В. Ф. Ковалёву, управляющему фабрикой графини П. А. Потёмкиной в Глушкове. Выдержки из писем к графине П. А. По¬тёмкиной приводятся.
Другой номер журнала “Русская старина” [16] публикует документы, собранные Н. П. Розановым:
- Изложение содержания справки Консистории святителю Филарету, митрополиту Московскому о монахе Авеле от 1823 года.
- Распоряжение святителя Филарета об определении монаха Авеля в Высоцкий монастырь в Серпухове от 6 окт. 1823 г.
- Копии писем Авеля некой Анне Тихоновне и духовному отцу Доримедонту, 1826 год.
- Изложение донесения о побеге Авеля из Высоцкого монастыря и изложение содержания других документов.
ПУБЛИКАЦИИ ИСТОРИКОВ, ОСНОВАННЫЕ НА АНАЛИЗЕ ДОКУМЕНТОВ.
А) Книга М. Н. Гернета “История царской тюрьмы” (Т. 1), в которой излагаются некоторые сведения об Авеле, извлечённые из “Дела о крестьянине Василии Васильеве, находившемся в Костромской губернии в Бабаевском монастыре” (Архив эпохи феодализма и крепостничества. VII. № 2881) (С. 109) и документальные данные из архивов Спасо-Евфимиевого монастыря в Суздале (С. 174).
Важные сведения о дате кончины Авеля приводятся в работе А. С. Пругавина, впервые опубликовавшего секретные документы о заключённых Спасо-Евфимиевого монастыря в Суздале [17].
Что касается неопубликованных документов, укажем помимо “Дела о крестьянине Василии Васильеве, находившемся в Костромской губернии в Бабаевском монастыре”, и на выдержки из “Книги бытия” Авеля (Центральный Государственный архив Ок¬тябрьской революции. Ф. 48. Ед. хр. 13) [18].
АРЕСТЫ И ПРЕДСКАЗАНИЯ. ДОКУМЕНТАЛЬНЫЕ ДАННЫЕ
О жизни монаха Авеля из опубликованных документов известно немногое. Согласно исследованию М. Н. Гернета [19], построенному на анализе документов, «он (монах Авель) происходил из крестьян и был крепостным Нарышкина. Получив вольную, он постригся в монахи, совершил паломничество в Царьград. Он был не только грамотным, но и сочинителем мистических религиозных рукописей.
На допросе [20] он показывал, что имел видение: он видел на небесах две книги и записал их содержание <...> В рукописи, “списанной с небесной книги”, нашли и отступление от Православия, и преступление против “величества”. Приговор и указ Екатерины указывают, что сочинитель рукописи подлежит смертной казни, но, по милосердию императрицы, отправляется на вечное заточение в Шлиссельбургскую крепость. Отсюда его освободил Павел.
Время от мая 1800 г. по март 1801 г. он провёл в Петропавловской крепости, откуда был сослан в Соловецкий монастырь, но в том же году (17 октября 1801 г.) был переведён из арестантов в монахи». Наконец Николай I “заточил Авеля в Спасо-Ефимьевский монастырь” [21]. Таким образом, по данным, приводимым Гернетом, Авель был как минимум трижды заключаем в тюрьмы, при этом заключение его совершалось как минимум дважды по высочайшему повелению.
Наиболее подробно опубликованы документы, связанные с обстоятельствами первого заключения Авеля в 1796 году [22]. Некоторые важные для нас материалы дела 1796 года специально будут рассмотрены ниже. Важно отметить, что, согласно данным историков [23], в это время не известно ни одного случая фальсификации следственных материалов со стороны органов безопасности, аналогичной известным фальсификациям НКВД-КГБ в ХХ веке.
Что касается последующих заключений, то опубликованные документальные материалы, касающиеся причин и обстоятельств этих событий, как и вообще жизни Авеля, весьма скудны. Приводим то, что нам известно из опубликованных документов в связи с обстоятельствами этих арестов.
Вторичное заключение Авеля в мае 1800 года последовало вследствие обнаружения у него при скандальных обстоятельствах во время присутствия его в Валаамском монастыре некоей “книги” [24] и “листка”, написанных им самим (доклад митрополита Санкт-Петербургского Амвросия генерал-прокурору Обольянинову [25]).
После ознакомления с содержанием этого листка Обольяниновым последовало высочайшее повеление (со стороны Павла I) о заключении Авеля в Петропавловской крепости [26].
Как пишет анонимный автор статьи в “Русском архиве” — “Вероятно к этому времени и относится предсказание Авеля о кончине Павла Первого” [27]. Свидетельства об этом предсказании и информация об истинных причинах привоза Авеля из Валаамского монастыря в Санкт-Петербург и о его заключении в этот раз в опубликованных документах отсутствуют.
В марте 1801 г. (после смерти Павла I и воцарения Александра I) Авель переводится по распоряжению митрополита Амвросия в Соловецкий монастырь для заключения, где не позже 17 октября того же года по указу Святейшего Синода освобождается и переходит в число монашествующих этого монастыря [28]. На основе опубликованных документов нельзя определить, ни когда Авель ушёл из Соловецкого монастыря, ни обстоятельств ухода. По словам того же анонима, “выпущенный на волю, Авель написал третью книгу с предвещанием взятия Москвы неприятелем, за что его снова заточили на многие годы в Соловецкий монастырь” [29]. К сожалению, эту информацию анонимный автор не подкрепляет никакими документальными ссылками.
Далее он пишет, что в 1812 году Авеля извлекает из соловецкого заключения обер-прокурор Святейшего Синода князь Голицын [30]. Освобождение Авеля последовало вследствие распоряжения императора Александра I от 17 ноября 1812 г. [31], после чего, как пишет этот аноним, тот начинает вести скитальческую жизнь, “проживал в Курской губернии у известного богача Никанора Ивановича Переверзева, поселялся то в Москве, в Шереметьевской больнице, то у Троицы Сергия” [32].
Помещённый по распоряжению святителя Филарета, митрополита Московского, в Серпуховской Высоцкий монастырь 24 октября 1823 г. [33], Авель в 1826 г. бежит из него [34], проживает опять в миру, что и послужило причиной его насильственного заключения в тюрьме Спасо-Ефимиевого монастыря “для смирения” по распоряжению Николая I в том же году [35]; здесь монах Авель скончался в 1831 году (о проблеме, связанной с датой его смерти, см. далее).
Если резюмировать в целом имеющиеся опубликованные документы, то среди них отсутствуют какие-либо достоверные данные о предсказаниях Авеля, которые сбывались. Такого рода информация, впрочем, могла в XIX веке изыматься при публикации по цензурным соображениям.
АРЕСТЫ И ПРЕДСКАЗАНИЯ. ВОСПОМИНАНИЯ СОВРЕМЕННИКОВ
Воспоминания современников дают нам следующую картину жизни и предсказаний монаха Авеля.
1. Предсказание о смерти императрицы Екатерины II и деталях её кончины. Первый арест
В рассказах А. П. Ермолова читаем: “Находясь однажды за столом у губернатора Лумпа, Авель предсказал день и час кончины императрицы Екатерины с необычайной верностью” [36].
В воспоминаниях Д. Давыдова также говорится о точном предсказании (дня и часа!) смерти Екатерины II [37].
Текст Давыдова слово в слово повторяет текст рассказов Ермолова. В воспоминаниях М. В. Толстого читаем: “После того он (Авель) оставил остров Валаам и перешёл в Никольский Бабаевский монастырь, здесь он составил и написал первое своё пророческое сказание: в нём предсказал он кончину императрицы Екатерины II, за что немедленно был вытребован в Петербург и заключён в каземат Петропавловской крепости. Предсказание скоро сбылось” [38].
Аналогичную информацию о предсказании Авелем смерти Екатерины II и о последующем в связи с этим помещении его в Петропавловскую крепость находим в воспоминаниях Л. Н. Энгельгардта, с той лишь разницей, что, по словам Энгельгардта, арест произошёл после личной встречи с императрицей [39].
Никаких прямых свидетельств об этом предсказании в воспоминаниях современников мы тем не менее не находим. Как мы выясним далее, Авель в связи со своим предсказанием о дате смерти Екатерины II был посажен в Шлиссельбургскую крепость, а не в Петропавловскую. Само же это предсказание, как выяснится далее, по своему содержанию было ложным и не сбылось, или мы имеем дело с несколькими его предсказаниями о времени смерти государыни, исключающими друг друга по содержанию.
2. Предсказание о кончине Павла I. Второй арест
В рассказах Ермолова читаем: “Возвратившись в Кострому, Авель тоже предсказал день и час кончины и императора Павла. Добросовестный и благородный исправник, подполковник Устин Семенович Ярлыков <...> поспешил известить о том Ермолова. Всё предсказанное Авелем буквально сбылось” [40].
Дословно то же самое читаем в мемуарах Д. Давыдова [41]. В мемуарах Энгельгардта читаем: “По кончине государыни (Екатерины), император повелел, освободя его, представить к нему; тогда он ему предсказал, сколько продолжится его царствие, государь в ту же минуту приказал его опять заключить в крепость” [42].
Обстоятельства второго заключения Авеля были совершенно иными, как мы видели выше при разборе документальных материалов. В мемуарах М. В. Толстого — “За обедом у костромского губернатора Лумпа Авель предсказал время и подробности кончины императора Павла. Заключённый в Шлиссельбургскую крепость прорицатель был скоро выпущен с прежними правами” [43]. Как выяснилось выше из документов, Авель был при Павле I посажен в Петропавловскую крепость и оттуда отправился не на свободу с прежними правами, а в заключение в Соловецкий монастырь, где пребывал ещё какое-то время, возможно — около полугода в заключении.
Прямые свидетельства очевидцев о предсказаниях Авеля в материалах воспоминаний об обстоятельствах второго ареста отсутствуют. Противоречия содержания воспоминаний друг с другом и с документальными фактами очевидны.
3. Предсказание о войне с Наполеоном. Третий арест
“Через несколько лет Авель снова высказал пророчество о вступлении наполеоновских полчищ в Россию и о сожжении Москвы. За это предсказание он был заточён в Соловецкий монастырь, но оттуда ему удалось выйти на свободу, пользуясь покровительством князя А. Н. Голицына, постоянного покровителя квакеров, иллюминатов, масонов и других мистических лиц”, — писал М. В. Толстой [44].
Л. Н. Энгельгардт: “За год до нападения французов Авель предстал пред императором и предсказал, что французы вступят в Россию, возьмут Москву и сожгут. Государь опять приказал посадить его в крепость. По изгнании неприятелей он был выпущен” [45].
Как следует из документов, Авель был выпущен в 1812 году не из крепости, а из Соловецкого монастыря. “Монах Авель, предсказавший взятие Москвы французами, говорил, что наступит время, когда монахов сгонят в несколько монастырей, а прочие монастыри уничтожат”, — писал святитель Игнатий (Брянчанинов) [46].
Наконец, ещё раз повторим, что, согласно анонимному автору статьи [47], Авель предсказывал взятие Москвы французами задолго до нашествия, за что был отправлен в Соловки на многолетнюю отсидку (см. выше). Снова в воспоминаниях современников не находим ни одного прямого свидетельства о предсказании и обнаруживаем противоречия в приводимых сведениях и несоответствие фактам приводимых сведений.
4. Предсказание о кончине Александра I, восстании на Сенатской площади 14 декабря 1825 г. и воцарении Николая I
“Он (Авель) подал прошение о принятии его в Серпуховской Высотский монастырь, куда и поступил 24 октября 1823 года. Вскоре разгласилось по Москве новое предсказание Авеля — о скорой кончине Александра I, о восшествии на престол Николая Павловича и о бунте 14 декабря. На этот раз прорицатель остался без преследования.
Последнее его пророчество сбылось, как и прежние” — писал М. В. Толстой [48]. По словам Энгельгардта, “с 1820 года уже более никто не видал его (Авеля), и неизвестно, куда он девался” [49]. Упоминания об этом предсказании в воспоминаниях Давыдова и Ермолова отсутствуют. Снова видим противоречия в сведениях и отсутствие прямых свидетельств.
5. Предсказание о годах царствования Николая I
«Авель находился в Москве во время восшествия на престол Николая; он тогда возвестил о нём: “Змей проживёт тридцать лет» [50], — писал Д. Давыдов [51]. У прочих писателей мемуаров этот факт не упоминается.
6. Предсказание об одном обстоятельстве коронации Николая I
«Весною 1826 года он (Авель) был в Москве. Готовилась уже коронация Николая I. Графиня А. П. Каменская спрашивала его, будет ли коронация и скоро ли <...> Авель отвечал ей: “Не придётся вам радоваться коронации”. Эти слова разнеслись по Москве, и многие объясняли их в том смысле, что коронации вовсе не будет. Но значение их было совсем иное: графиня Каменская подверглась гневу Государя за то, что в одном её имении крестьяне вышли из повиновения, возмущённые жестокостию управителя, и графине воспрещён был приезд на коронацию», — писал М. В. Толстой [52].
Наконец в “Записках” И. П. Сахарова указывается лишь на то, что Авель записывал свои “видения на маленьких тетрадках, которых очень много по свету гуляет” [53].
Таким образом, среди воспоминаний современников мы не находим ни одного прямого свидетельства о предсказаниях Авеля. Противоречивость сведений, приводимых современниками Авеля, и напротив — повторение ими друг друга слово в слово и несоответствие сведений реальным фактам свидетельствуют о низком уровне достоверности этих источников.
Из всех известных по мемуарам предсказаний только одно, последнее, не имело отношения к судьбам предержащей власти. Все они, кроме двух последних, публиковались во время кризисных ситуаций в истории России:
1796 г. — конец царствования Екатерины II;
1800 г. — конец царствования Павла I; канун нашествия Наполеона (возможно — за год до вторжения, по словам Энгельгардта [54]);
1823–1825 гг. — канун восстания на Сенатской площади.
Вопрос — чему должны были способствовать такие пророчества, звучавшие накануне драматических событий — умиротворению в государстве или сеянию смуты?
Как мы видели из воспоминаний современников и из опубликованных документов, о предсказаниях монаха Авеля и в целом о его личности достоверно известно немного. И тем не менее на основе наиболее подробно опубликованных материалов дела Тайной экспедиции 1796 года, его сочинений и некоторых других материалов, можно составить достаточно точное представление о личности этого человека.
ПРИМЕЧАНИЕ
[1] -Жизнеописание отечественных подвижников благочестия 18 и 19 веков. Ноябрь. М., 1910; Архимандрит Константин (Зайцев). Памяти последнего царя. Пророчества дому Романовых // Литературная учеба. Кн. 1. М., 1993; Православная энциклопедия. Т. 1. М., 2000; Россия перед вторым пришествием. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1993; Каверин Н. Православная мифология ХХ века // Благодатный огонь. № 13. 2005.
[2] -Житие преподобного Авеля прорицателя. Коломна, 1995.
[3] -Там же; Архимандрит Константин (Зайцев). Памяти последнего царя…; Россия перед вторым пришествием.
[4] -Ермолов А. П. Рассказы // Чтения в Обществе истории и древностей Российских. Кн. 4. М., 1863.
[5] -Давыдов Д. Сочинения. М., 1962.
[6] -Толстой М. В. Хранилище моей памяти. М., 1995.
[7] -Сахаров И. П. Записки // Русский Архив. № 6. М., 1873.
[8] -Энгельгардт Л. Н. Записки. М., 1860.
[9] -Святитель Игнатий (Брянчанинов). Письма о подвижнической жизни. Письмо № 453. Москва-Париж, 1996.
[10] -Прорицатель Авель. Новые подлинные сведения о его судьбе // Русский Архив. М., 1878. № 7.
[11] -Предсказатель монах Авель (1757–1841) // Русская старина. СПб., 1875. № 2.
[12] -Гернет М. Н. История царской тюрьмы. Т. 1. М., 1941. С. 168; Ильин-То¬мич А. А. Васильев Василий // Русские писатели 1800–1917. Биографический словарь. Т. 1. М., 1989; Каратыгин П. Граф Павел Сергеевич Потемкин // Исторический вестник. Т. XIII. СПб., 1883; Православная энциклопедия. Т. 1. М., 2000.; Русский биографический словарь. Т. 1. М., 1999.
[13] -Предсказатель монах Авель (1757–1841). С. 426.
[14] -Там же. С. 418.
[15] -Там же. С. 415.
[16] -Розанов Н. П. Предсказатель монах Авель в 1812–1826 гг. // Русская старина. СПб., 1875. № 4.
[17] -Пругавин А. С. В казематах. СПб., 1909. С. 226.
[18] -Ильин-Томич А. А. Васильев Василий. С. 394.
[19] -Гернет М. Н. История царской тюрьмы. Т. 1.
[20] -Имеется в виду по-видимому допрос в Тайной экспедиции весной 1796 года, после которого Авель был заключён в Шлиссельбургской крепости.
[21] -Гернет М. Н. История царской тюрьмы. Т. 1. С. 109.
[22] -Прорицатель Авель. Новые подлинные сведения о его судьбе.
[23] -Анисимов Е. Дыба и кнут. М., 1999; Гернет М. Н. История царской тюрьмы. Т. 1. С. 109.
[24] -“Книги”, которые писал Авель, представляли собой тетрадки с его сочинениями. Первая такая книга была написана им не позже 1796 года и рассматривалась во время следствия в Тайной экспедиции в том же году (см. далее текст). После первого ареста он продолжал заниматься сочинительством и распространением своих творений, в которых записывал свои “пророчества”, “открове¬ния” и т. п. Начиная с середины 90-х годов XVIII века эти писания распространяются в самиздате (Сахаров И. П. Записки. С. 959) и в настоящее время (авторские и подложные) — в интернете.
[25] -Прорицатель Авель. Новые подлинные сведения о его судьбе. С. 363.
[26] -Там же. С. 364.
[27] -Там же.
[28] -Там же. С. 365.
[29] -Там же.
[30] -Там же.
[31] -Розанов Н. П. Предсказатель монах Авель в 1812–1826 гг. С. 816.
[32] -Прорицатель Авель. Новые подлинные сведения о его судьбе. С. 365.
[33] -Розанов Н. П. Предсказатель монах Авель в 1812–1826 гг. С. 818.
[34] -Там же.
[35] -Прорицатель Авель. Новые подлинные сведения о его судьбе. С. 365; Розанов Н. П. Предсказатель монах Авель в 1812–1826 гг. С. 819.
[36] -Ермолов А. П. Рассказы. С. 222.
[37] -Давыдов Д. Сочинения. С. 481.
[38] -Толстой М. В. Хранилище моей памяти. С. 226.
[39] -Энгельгардт Л. Н. Записки. С. 169.
[40] -Ермолов А. П. Рассказы. С. 222–223.
[41] -Давыдов Д. Сочинения. С. 482.
[42] -Энгельгардт Л. Н. Записки. С. 169–170.
[43] -Толстой М. В. Хранилище моей памяти. С. 226.
[44] -Там же.
[45] -Энгельгардт Л. Н. Записки. С. 170.
[46] -Святитель Игнатий (Брянчанинов). Письма о подвижнической жизни. С. 382.
[47] -Прорицатель Авель. Новые подлинные сведения о его судьбе.
[48] -Толстой М. В. Хранилище моей памяти. С. 227.
[49] -Энгельгардт Л. Н. Записки. С. 170.
[50] -Николай I действительно прожил со времени коронации 30 лет.
[51] -Давыдов Д. Сочинения. С. 482.
[52] -Толстой М. В. Хранилище моей памяти. С. 227.
[53] -Сахаров И. П. Записки. С. 959.
[54] -Энгельгардт Л. Н. Записки. С. 170.
”В православных изданиях ХIХ–ХХI веков можно встретить жизнеописания монаха Авеля (в миру крестьянина Василия Васильева), жившего в конце XVIII — начале XIX века. Во многих из них монах Авель предстаёт перед нами как истинный христианин-подвижник, обладавший даром пророчества и страдавший от властей за свои предсказания. Ряд источников относит его к подвижникам благочестия [1] и даже к преподобным отцам [2]. Некоторые авторы считают, что его предсказания имели и продолжают иметь важное значение для исторических судеб России [3].
[Дальше...]
Что же достоверно известно нам об этом человеке? Прежде чем пытаться отвечать на этот вопрос, не рассматривая сочинений тех авторов, которые писали об Авеле, опираясь на разного рода сведения о нём, рассмотрим опубликованные первичные источники информации о жизни монаха Авеля.
МОНАХ АВЕЛЬ. ИСТОЧНИКИ
ОПУБЛИКОВАННЫЕ ПЕРВИЧНЫЕ ИСТОЧНИКИ СВЕДЕНИЙ
1. Воспоминания современников Авеля
Это краткие воспоминания А. П. Ермолова, записанные с его слов неким его родственником [4], известного поэта и героя войны 1812 года Д. Давыдова [5], воспоминания известного историка М. В. Толстого [6], “Записки” И. П. Сахарова [7], а также воспоминания Л. Н. Энгельгардта [8]. Отдельно нужно указать на краткое упоминание о предсказаниях Авеля святителя Игнатия (Брянчанинова) [9].
2. Документы и их фрагменты
В ряде статей, опубликованных в исторических журналах в XIX веке, анализируются и цитируются документы, относящиеся к жизни монаха Авеля. К ним относятся следующие:
- Статья под названием “Прорицатель Авель. Новые подлинные сведения о его судьбе”, опубликованная в журнале “Русский Архив” в 1878 г. [10], представляет, по словам анонимного автора, “извлечение из” архивного “Дела о крестьянине Василии Васильеве, находящемся в Костромской губернии в Бабаевском монастыре под именем иеромонаха Адама, и потом названном Авелем, и о сочиненной им книге. Начато марта 17 ого 1796 года, 67 листов”.
В статье приводятся:
- Извлечения из секретного письма генерал-губернатора Заборовского к генерал-прокурору графу А. Н. Самойлову в связи с арестом монаха Авеля от 19 февраля 1796 г.
- Протокол допроса Авеля от 5 марта 1796 года в Тайной экспедиции. Следователь А. Макаров.
- Судебное решение о заключении Авеля в Шлиссельбургскую крепость.
- Рескрипт императора Павла генерал-прокурору князю А. Б. Куракину об освобождении Авеля из Шлиссельбургской крепости от 14 декабря 1796 г.
- Выдержки из писем Авеля императору Павлу, князю А. Б. Куракину, митрополиту Амвросию.
- Выдержки из писем митрополита Петербургского Амвросия генерал-прокуро¬ру Обольянинову от 19 марта и 29 мая 1800 года и из других писем и документов.
Необходимо отметить, что данный автор, излагая жизненный путь монаха Авеля, некоторые сведения о нём приводит без ссылок на документы. Достоверность этих сведений представляется проблематичной вследствие того, что они не всегда безошибочны. Так, автор неверно указывает год смерти монаха Авеля — 1841 г. (С. 365 ).
В другой анонимной статье “Предсказатель монах Авель” в журнале “Русская старина” за 1875 г. [11] опубликованы следующие сочинения монаха Авеля:
- “Житие и страдание Отца и монаха Авеля” (с купюрами, содержащими “некоторые мистические измышления” (С. 415–416)), написанное, по словам автора статьи, по-видимому, им самим. Заметим, что принадлежность авторства “Жития” Авелю у ряда историков, писавших об Авеле, не вызывало сомнений [12].
- Фрагмент из трактата “Жизнь и житие отца нашего Дадамия”, которое представляет собою вариант изложения “Жития” монаха Авеля. Дадамий — имя, которым Авель иногда подписывал свои письма [13]. Это новое имя (“Дадамей”), по словам Авеля, было дано ему “духом” [14]. По словам автора статьи, принадлежность Авелю данного сочинения в этом случае у него сомнений не вызывает.
3. Выдержка из трактата Авеля “Книга бытия” — толкование на первую книгу Библии.
- Автор указывает на находящуюся в его распоряжении тетрадку, принадлежавшую Авелю, где “на 28 страницах находятся разные символические круги, фигуры с буквами славянской азбуки и счёта, при них находится краткое толкование” [15].
Две из подобного рода символических таблиц из другой подобной тетрадки в 64 страницы опубликованы на С. 428–429, а толкование Авеля к ним — на С. 427 в сноске.
Автор указывает также на находящиеся в его распоряжении трактаты Авеля:
- “Сказание о существе, что есть существо Божие и Божество”,
- “Бытия книга первая”,
- “Церковные потребы монаха Авеля”, а также 12 писем Авеля к графине П. А. Потёмкиной за 1815–1816 годы и письмо Авеля к В. Ф. Ковалёву, управляющему фабрикой графини П. А. Потёмкиной в Глушкове. Выдержки из писем к графине П. А. По¬тёмкиной приводятся.
Другой номер журнала “Русская старина” [16] публикует документы, собранные Н. П. Розановым:
- Изложение содержания справки Консистории святителю Филарету, митрополиту Московскому о монахе Авеле от 1823 года.
- Распоряжение святителя Филарета об определении монаха Авеля в Высоцкий монастырь в Серпухове от 6 окт. 1823 г.
- Копии писем Авеля некой Анне Тихоновне и духовному отцу Доримедонту, 1826 год.
- Изложение донесения о побеге Авеля из Высоцкого монастыря и изложение содержания других документов.
ПУБЛИКАЦИИ ИСТОРИКОВ, ОСНОВАННЫЕ НА АНАЛИЗЕ ДОКУМЕНТОВ.
А) Книга М. Н. Гернета “История царской тюрьмы” (Т. 1), в которой излагаются некоторые сведения об Авеле, извлечённые из “Дела о крестьянине Василии Васильеве, находившемся в Костромской губернии в Бабаевском монастыре” (Архив эпохи феодализма и крепостничества. VII. № 2881) (С. 109) и документальные данные из архивов Спасо-Евфимиевого монастыря в Суздале (С. 174).
Важные сведения о дате кончины Авеля приводятся в работе А. С. Пругавина, впервые опубликовавшего секретные документы о заключённых Спасо-Евфимиевого монастыря в Суздале [17].
Что касается неопубликованных документов, укажем помимо “Дела о крестьянине Василии Васильеве, находившемся в Костромской губернии в Бабаевском монастыре”, и на выдержки из “Книги бытия” Авеля (Центральный Государственный архив Ок¬тябрьской революции. Ф. 48. Ед. хр. 13) [18].
АРЕСТЫ И ПРЕДСКАЗАНИЯ. ДОКУМЕНТАЛЬНЫЕ ДАННЫЕ
О жизни монаха Авеля из опубликованных документов известно немногое. Согласно исследованию М. Н. Гернета [19], построенному на анализе документов, «он (монах Авель) происходил из крестьян и был крепостным Нарышкина. Получив вольную, он постригся в монахи, совершил паломничество в Царьград. Он был не только грамотным, но и сочинителем мистических религиозных рукописей.
На допросе [20] он показывал, что имел видение: он видел на небесах две книги и записал их содержание <...> В рукописи, “списанной с небесной книги”, нашли и отступление от Православия, и преступление против “величества”. Приговор и указ Екатерины указывают, что сочинитель рукописи подлежит смертной казни, но, по милосердию императрицы, отправляется на вечное заточение в Шлиссельбургскую крепость. Отсюда его освободил Павел.
Время от мая 1800 г. по март 1801 г. он провёл в Петропавловской крепости, откуда был сослан в Соловецкий монастырь, но в том же году (17 октября 1801 г.) был переведён из арестантов в монахи». Наконец Николай I “заточил Авеля в Спасо-Ефимьевский монастырь” [21]. Таким образом, по данным, приводимым Гернетом, Авель был как минимум трижды заключаем в тюрьмы, при этом заключение его совершалось как минимум дважды по высочайшему повелению.
Наиболее подробно опубликованы документы, связанные с обстоятельствами первого заключения Авеля в 1796 году [22]. Некоторые важные для нас материалы дела 1796 года специально будут рассмотрены ниже. Важно отметить, что, согласно данным историков [23], в это время не известно ни одного случая фальсификации следственных материалов со стороны органов безопасности, аналогичной известным фальсификациям НКВД-КГБ в ХХ веке.
Что касается последующих заключений, то опубликованные документальные материалы, касающиеся причин и обстоятельств этих событий, как и вообще жизни Авеля, весьма скудны. Приводим то, что нам известно из опубликованных документов в связи с обстоятельствами этих арестов.
Вторичное заключение Авеля в мае 1800 года последовало вследствие обнаружения у него при скандальных обстоятельствах во время присутствия его в Валаамском монастыре некоей “книги” [24] и “листка”, написанных им самим (доклад митрополита Санкт-Петербургского Амвросия генерал-прокурору Обольянинову [25]).
После ознакомления с содержанием этого листка Обольяниновым последовало высочайшее повеление (со стороны Павла I) о заключении Авеля в Петропавловской крепости [26].
Как пишет анонимный автор статьи в “Русском архиве” — “Вероятно к этому времени и относится предсказание Авеля о кончине Павла Первого” [27]. Свидетельства об этом предсказании и информация об истинных причинах привоза Авеля из Валаамского монастыря в Санкт-Петербург и о его заключении в этот раз в опубликованных документах отсутствуют.
В марте 1801 г. (после смерти Павла I и воцарения Александра I) Авель переводится по распоряжению митрополита Амвросия в Соловецкий монастырь для заключения, где не позже 17 октября того же года по указу Святейшего Синода освобождается и переходит в число монашествующих этого монастыря [28]. На основе опубликованных документов нельзя определить, ни когда Авель ушёл из Соловецкого монастыря, ни обстоятельств ухода. По словам того же анонима, “выпущенный на волю, Авель написал третью книгу с предвещанием взятия Москвы неприятелем, за что его снова заточили на многие годы в Соловецкий монастырь” [29]. К сожалению, эту информацию анонимный автор не подкрепляет никакими документальными ссылками.
Далее он пишет, что в 1812 году Авеля извлекает из соловецкого заключения обер-прокурор Святейшего Синода князь Голицын [30]. Освобождение Авеля последовало вследствие распоряжения императора Александра I от 17 ноября 1812 г. [31], после чего, как пишет этот аноним, тот начинает вести скитальческую жизнь, “проживал в Курской губернии у известного богача Никанора Ивановича Переверзева, поселялся то в Москве, в Шереметьевской больнице, то у Троицы Сергия” [32].
Помещённый по распоряжению святителя Филарета, митрополита Московского, в Серпуховской Высоцкий монастырь 24 октября 1823 г. [33], Авель в 1826 г. бежит из него [34], проживает опять в миру, что и послужило причиной его насильственного заключения в тюрьме Спасо-Ефимиевого монастыря “для смирения” по распоряжению Николая I в том же году [35]; здесь монах Авель скончался в 1831 году (о проблеме, связанной с датой его смерти, см. далее).
Если резюмировать в целом имеющиеся опубликованные документы, то среди них отсутствуют какие-либо достоверные данные о предсказаниях Авеля, которые сбывались. Такого рода информация, впрочем, могла в XIX веке изыматься при публикации по цензурным соображениям.
АРЕСТЫ И ПРЕДСКАЗАНИЯ. ВОСПОМИНАНИЯ СОВРЕМЕННИКОВ
Воспоминания современников дают нам следующую картину жизни и предсказаний монаха Авеля.
1. Предсказание о смерти императрицы Екатерины II и деталях её кончины. Первый арест
В рассказах А. П. Ермолова читаем: “Находясь однажды за столом у губернатора Лумпа, Авель предсказал день и час кончины императрицы Екатерины с необычайной верностью” [36].
В воспоминаниях Д. Давыдова также говорится о точном предсказании (дня и часа!) смерти Екатерины II [37].
Текст Давыдова слово в слово повторяет текст рассказов Ермолова. В воспоминаниях М. В. Толстого читаем: “После того он (Авель) оставил остров Валаам и перешёл в Никольский Бабаевский монастырь, здесь он составил и написал первое своё пророческое сказание: в нём предсказал он кончину императрицы Екатерины II, за что немедленно был вытребован в Петербург и заключён в каземат Петропавловской крепости. Предсказание скоро сбылось” [38].
Аналогичную информацию о предсказании Авелем смерти Екатерины II и о последующем в связи с этим помещении его в Петропавловскую крепость находим в воспоминаниях Л. Н. Энгельгардта, с той лишь разницей, что, по словам Энгельгардта, арест произошёл после личной встречи с императрицей [39].
Никаких прямых свидетельств об этом предсказании в воспоминаниях современников мы тем не менее не находим. Как мы выясним далее, Авель в связи со своим предсказанием о дате смерти Екатерины II был посажен в Шлиссельбургскую крепость, а не в Петропавловскую. Само же это предсказание, как выяснится далее, по своему содержанию было ложным и не сбылось, или мы имеем дело с несколькими его предсказаниями о времени смерти государыни, исключающими друг друга по содержанию.
2. Предсказание о кончине Павла I. Второй арест
В рассказах Ермолова читаем: “Возвратившись в Кострому, Авель тоже предсказал день и час кончины и императора Павла. Добросовестный и благородный исправник, подполковник Устин Семенович Ярлыков <...> поспешил известить о том Ермолова. Всё предсказанное Авелем буквально сбылось” [40].
Дословно то же самое читаем в мемуарах Д. Давыдова [41]. В мемуарах Энгельгардта читаем: “По кончине государыни (Екатерины), император повелел, освободя его, представить к нему; тогда он ему предсказал, сколько продолжится его царствие, государь в ту же минуту приказал его опять заключить в крепость” [42].
Обстоятельства второго заключения Авеля были совершенно иными, как мы видели выше при разборе документальных материалов. В мемуарах М. В. Толстого — “За обедом у костромского губернатора Лумпа Авель предсказал время и подробности кончины императора Павла. Заключённый в Шлиссельбургскую крепость прорицатель был скоро выпущен с прежними правами” [43]. Как выяснилось выше из документов, Авель был при Павле I посажен в Петропавловскую крепость и оттуда отправился не на свободу с прежними правами, а в заключение в Соловецкий монастырь, где пребывал ещё какое-то время, возможно — около полугода в заключении.
Прямые свидетельства очевидцев о предсказаниях Авеля в материалах воспоминаний об обстоятельствах второго ареста отсутствуют. Противоречия содержания воспоминаний друг с другом и с документальными фактами очевидны.
3. Предсказание о войне с Наполеоном. Третий арест
“Через несколько лет Авель снова высказал пророчество о вступлении наполеоновских полчищ в Россию и о сожжении Москвы. За это предсказание он был заточён в Соловецкий монастырь, но оттуда ему удалось выйти на свободу, пользуясь покровительством князя А. Н. Голицына, постоянного покровителя квакеров, иллюминатов, масонов и других мистических лиц”, — писал М. В. Толстой [44].
Л. Н. Энгельгардт: “За год до нападения французов Авель предстал пред императором и предсказал, что французы вступят в Россию, возьмут Москву и сожгут. Государь опять приказал посадить его в крепость. По изгнании неприятелей он был выпущен” [45].
Как следует из документов, Авель был выпущен в 1812 году не из крепости, а из Соловецкого монастыря. “Монах Авель, предсказавший взятие Москвы французами, говорил, что наступит время, когда монахов сгонят в несколько монастырей, а прочие монастыри уничтожат”, — писал святитель Игнатий (Брянчанинов) [46].
Наконец, ещё раз повторим, что, согласно анонимному автору статьи [47], Авель предсказывал взятие Москвы французами задолго до нашествия, за что был отправлен в Соловки на многолетнюю отсидку (см. выше). Снова в воспоминаниях современников не находим ни одного прямого свидетельства о предсказании и обнаруживаем противоречия в приводимых сведениях и несоответствие фактам приводимых сведений.
4. Предсказание о кончине Александра I, восстании на Сенатской площади 14 декабря 1825 г. и воцарении Николая I
“Он (Авель) подал прошение о принятии его в Серпуховской Высотский монастырь, куда и поступил 24 октября 1823 года. Вскоре разгласилось по Москве новое предсказание Авеля — о скорой кончине Александра I, о восшествии на престол Николая Павловича и о бунте 14 декабря. На этот раз прорицатель остался без преследования.
Последнее его пророчество сбылось, как и прежние” — писал М. В. Толстой [48]. По словам Энгельгардта, “с 1820 года уже более никто не видал его (Авеля), и неизвестно, куда он девался” [49]. Упоминания об этом предсказании в воспоминаниях Давыдова и Ермолова отсутствуют. Снова видим противоречия в сведениях и отсутствие прямых свидетельств.
5. Предсказание о годах царствования Николая I
«Авель находился в Москве во время восшествия на престол Николая; он тогда возвестил о нём: “Змей проживёт тридцать лет» [50], — писал Д. Давыдов [51]. У прочих писателей мемуаров этот факт не упоминается.
6. Предсказание об одном обстоятельстве коронации Николая I
«Весною 1826 года он (Авель) был в Москве. Готовилась уже коронация Николая I. Графиня А. П. Каменская спрашивала его, будет ли коронация и скоро ли <...> Авель отвечал ей: “Не придётся вам радоваться коронации”. Эти слова разнеслись по Москве, и многие объясняли их в том смысле, что коронации вовсе не будет. Но значение их было совсем иное: графиня Каменская подверглась гневу Государя за то, что в одном её имении крестьяне вышли из повиновения, возмущённые жестокостию управителя, и графине воспрещён был приезд на коронацию», — писал М. В. Толстой [52].
Наконец в “Записках” И. П. Сахарова указывается лишь на то, что Авель записывал свои “видения на маленьких тетрадках, которых очень много по свету гуляет” [53].
Таким образом, среди воспоминаний современников мы не находим ни одного прямого свидетельства о предсказаниях Авеля. Противоречивость сведений, приводимых современниками Авеля, и напротив — повторение ими друг друга слово в слово и несоответствие сведений реальным фактам свидетельствуют о низком уровне достоверности этих источников.
Из всех известных по мемуарам предсказаний только одно, последнее, не имело отношения к судьбам предержащей власти. Все они, кроме двух последних, публиковались во время кризисных ситуаций в истории России:
1796 г. — конец царствования Екатерины II;
1800 г. — конец царствования Павла I; канун нашествия Наполеона (возможно — за год до вторжения, по словам Энгельгардта [54]);
1823–1825 гг. — канун восстания на Сенатской площади.
Вопрос — чему должны были способствовать такие пророчества, звучавшие накануне драматических событий — умиротворению в государстве или сеянию смуты?
Как мы видели из воспоминаний современников и из опубликованных документов, о предсказаниях монаха Авеля и в целом о его личности достоверно известно немного. И тем не менее на основе наиболее подробно опубликованных материалов дела Тайной экспедиции 1796 года, его сочинений и некоторых других материалов, можно составить достаточно точное представление о личности этого человека.
ПРИМЕЧАНИЕ
[1] -Жизнеописание отечественных подвижников благочестия 18 и 19 веков. Ноябрь. М., 1910; Архимандрит Константин (Зайцев). Памяти последнего царя. Пророчества дому Романовых // Литературная учеба. Кн. 1. М., 1993; Православная энциклопедия. Т. 1. М., 2000; Россия перед вторым пришествием. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1993; Каверин Н. Православная мифология ХХ века // Благодатный огонь. № 13. 2005.
[2] -Житие преподобного Авеля прорицателя. Коломна, 1995.
[3] -Там же; Архимандрит Константин (Зайцев). Памяти последнего царя…; Россия перед вторым пришествием.
[4] -Ермолов А. П. Рассказы // Чтения в Обществе истории и древностей Российских. Кн. 4. М., 1863.
[5] -Давыдов Д. Сочинения. М., 1962.
[6] -Толстой М. В. Хранилище моей памяти. М., 1995.
[7] -Сахаров И. П. Записки // Русский Архив. № 6. М., 1873.
[8] -Энгельгардт Л. Н. Записки. М., 1860.
[9] -Святитель Игнатий (Брянчанинов). Письма о подвижнической жизни. Письмо № 453. Москва-Париж, 1996.
[10] -Прорицатель Авель. Новые подлинные сведения о его судьбе // Русский Архив. М., 1878. № 7.
[11] -Предсказатель монах Авель (1757–1841) // Русская старина. СПб., 1875. № 2.
[12] -Гернет М. Н. История царской тюрьмы. Т. 1. М., 1941. С. 168; Ильин-То¬мич А. А. Васильев Василий // Русские писатели 1800–1917. Биографический словарь. Т. 1. М., 1989; Каратыгин П. Граф Павел Сергеевич Потемкин // Исторический вестник. Т. XIII. СПб., 1883; Православная энциклопедия. Т. 1. М., 2000.; Русский биографический словарь. Т. 1. М., 1999.
[13] -Предсказатель монах Авель (1757–1841). С. 426.
[14] -Там же. С. 418.
[15] -Там же. С. 415.
[16] -Розанов Н. П. Предсказатель монах Авель в 1812–1826 гг. // Русская старина. СПб., 1875. № 4.
[17] -Пругавин А. С. В казематах. СПб., 1909. С. 226.
[18] -Ильин-Томич А. А. Васильев Василий. С. 394.
[19] -Гернет М. Н. История царской тюрьмы. Т. 1.
[20] -Имеется в виду по-видимому допрос в Тайной экспедиции весной 1796 года, после которого Авель был заключён в Шлиссельбургской крепости.
[21] -Гернет М. Н. История царской тюрьмы. Т. 1. С. 109.
[22] -Прорицатель Авель. Новые подлинные сведения о его судьбе.
[23] -Анисимов Е. Дыба и кнут. М., 1999; Гернет М. Н. История царской тюрьмы. Т. 1. С. 109.
[24] -“Книги”, которые писал Авель, представляли собой тетрадки с его сочинениями. Первая такая книга была написана им не позже 1796 года и рассматривалась во время следствия в Тайной экспедиции в том же году (см. далее текст). После первого ареста он продолжал заниматься сочинительством и распространением своих творений, в которых записывал свои “пророчества”, “открове¬ния” и т. п. Начиная с середины 90-х годов XVIII века эти писания распространяются в самиздате (Сахаров И. П. Записки. С. 959) и в настоящее время (авторские и подложные) — в интернете.
[25] -Прорицатель Авель. Новые подлинные сведения о его судьбе. С. 363.
[26] -Там же. С. 364.
[27] -Там же.
[28] -Там же. С. 365.
[29] -Там же.
[30] -Там же.
[31] -Розанов Н. П. Предсказатель монах Авель в 1812–1826 гг. С. 816.
[32] -Прорицатель Авель. Новые подлинные сведения о его судьбе. С. 365.
[33] -Розанов Н. П. Предсказатель монах Авель в 1812–1826 гг. С. 818.
[34] -Там же.
[35] -Прорицатель Авель. Новые подлинные сведения о его судьбе. С. 365; Розанов Н. П. Предсказатель монах Авель в 1812–1826 гг. С. 819.
[36] -Ермолов А. П. Рассказы. С. 222.
[37] -Давыдов Д. Сочинения. С. 481.
[38] -Толстой М. В. Хранилище моей памяти. С. 226.
[39] -Энгельгардт Л. Н. Записки. С. 169.
[40] -Ермолов А. П. Рассказы. С. 222–223.
[41] -Давыдов Д. Сочинения. С. 482.
[42] -Энгельгардт Л. Н. Записки. С. 169–170.
[43] -Толстой М. В. Хранилище моей памяти. С. 226.
[44] -Там же.
[45] -Энгельгардт Л. Н. Записки. С. 170.
[46] -Святитель Игнатий (Брянчанинов). Письма о подвижнической жизни. С. 382.
[47] -Прорицатель Авель. Новые подлинные сведения о его судьбе.
[48] -Толстой М. В. Хранилище моей памяти. С. 227.
[49] -Энгельгардт Л. Н. Записки. С. 170.
[50] -Николай I действительно прожил со времени коронации 30 лет.
[51] -Давыдов Д. Сочинения. С. 482.
[52] -Толстой М. В. Хранилище моей памяти. С. 227.
[53] -Сахаров И. П. Записки. С. 959.
[54] -Энгельгардт Л. Н. Записки. С. 170.