«Я УВИДЕЛ ЛИЦО ЕГО – ЛИЦО АНГЕЛА»
Cхиархимандрит Виталий (Сидоренко) удивительнейший подвижник XX века, один из плеяды Глинских старцев, хранивших духовные традиции пустыни и передавших их многочисленным духовным чадам. «На первом месте у человека должно стоять спасение души», – учил отец Виталий. Вся его жизнь строилась по этому правилу.
Cхиархимандрит Виталий (Сидоренко). (1928-1992)
[Дальше...]
ФИЛИАЛ ГЛИНСКОЙ ПУСТЫНИ
«Спасись, и возле тебя спасутся тысячи», – сказал некогда один из великих русских святых. Именно такова была жизнь угодников Божиих. Спасая свои души, они многих спасали вокруг себя. Благодать, обитавшая в них, была как глоток воздуха. Множество людей шли к старцам, и все получали назидание, подкрепление и вразумление.
Всего несколько десятилетий назад христианство было на грани исчезновения. Почти не было открытых храмов, священников, монашествующих… Однако уничтожению Церкви Христовой не суждено было случиться. Благовестие о Царстве Божием распространялось благодаря старцам, деятельно исполнявшим слова Спасителя Своим ученикам: «Идите, научите все народы» (Мф. 28: 19). Осуществляли они эту заповедь, уча в первую очередь примером своей святой и богоугодной жизни.
У истоков духовного возрождения встали несколько русских монахов-изгнанников, претерпевших тюрьмы, ссылки и лагеря. Все они собрались вокруг митрополита Зиновия, который, пройдя школу монашества и послушания старцу в Глинской пустыни, претерпев пятилетнюю ссылку и периоды скитания в горах Кавказа, по Промыслу Божию прибыл в Грузию, где и получил все высшие церковные награды вплоть до митрополитства.
Именно вокруг владыки Зиновия и его храма во имя святого благоверного князя Александра Невского собралось и большинство других подвижников Глинской пустыни, в числе которых и был схиархимандрит Виталий.
Этих аскетов можно назвать живыми «иконами», «образами. Будучи учениками дореволюционных старцев Глинской пустыни, они сами посредством индивидуального аскетического делания воплотили христианские добродетели в своей жизни и, стяжав благодатные дары Святого Духа, сами стали старцами и духовными наставниками для многих. Именно такая передача живого опыта Церкви является Преданием, немыслимым без учительства и ученичества. Апостол Павел пишет: «Подражайте мне, как я Христу» (1 Кор. 4: 16).
Приход митрополита Зиновия в Тбилиси называли «филиалом Глинской пустыни», поскольку на его территории жили и сам владыка, и старец Андроник (Лукаш); регулярно до начала болезни приезжал в Тбилиси схиархимандрит Серафим (Романцов), который после второго закрытия Глинской пустыни в 1961 году переехал в Сухуми, где служил в кафедральном соборе. Практически ежедневно бывал у владыки живший неподалеку схиархимандрит Виталий (Сидоренко), в Глинской пустыни подвизавшийся в период ее открытия в 1950–1960-е годы.
Cхиархимандрит Виталий (Сидоренко).
СКОРОМНАЯ ЛОЖКА
Схиархимандрит Виталий (в миру Виталий Николаевич Сидоренко) родился в 1928 году в селе Екатериновка Краснодарского края. Мать его, Александра, была совершенно неверующая. Жила она на Кубани и работала в колхозе на плантациях сахарной свеклы и табака. Зачастую приходилось ей брать с собой и Виталика.
И вот заметили, что в среду и пятницу маленький Виталик ничего не кушает, если ему предлагали мясную и молочную пищу.
О Божественном предызбрании Виталия еще в младенчестве свидетельствует следующий случай, произошедший в его самом раннем детстве. Обедали колхозники прямо в поле – в бригаде была своя кухня. И вот заметили, что в среду и пятницу маленький Виталик ничего не кушает, если ему предлагали мясную и молочную пищу. Один дедушка, понаблюдав, сказал: «Смотрите-ка, ребенок ведь не кушает скоромного только в среду и пятницу – это что-то значит, это что-то особенное!»
Тогда решили сварить ему простой супчик. Сварили, зовут:
– Виталик! Виталик! Иди, мы тебе приготовили хорошую юшку! Иди покушай!
Он подошел, посмотрел, взял кусок хлеба и пошел...
– Виталик, почему ты не стал кушать? Это мы для тебя сварили супчик!
– Я не буду его есть, потому что вы помешали его скоромной ложкой!
Повариха удивилась:
– И в самом деле! Я мешала молочную кашу, а потом этой же ложкой помешала суп...
“Приведу его домой, изобью, заберу Евангелие, спрячу. А на следующий день он его найдет и опять за свое”
Когда Виталик пошел в школу, он достал себе Евангелие и начал его читать – и не только сам, но еще и бабушкам. Как потом рассказывала его мать, «когда заканчивались уроки, он не приходил домой сразу, а где-то задерживался. Я шла его искать и находила сидящим среди бабушек и читающим им Евангелие. Приведу его домой, изобью, заберу Евангелие, спрячу. А на следующий день он его найдет и опять за свое».
Так будущий старец продолжал свое «проповедничество» до двенадцатилетнего возраста.
«Намучилась я с ним, – рассказывала мать, – не хватало уже никаких сил. Изобью его, а он не плачет. Встанет на колени, смотрит на меня, глазки такие светленькие… и улыбается. Я его бью, а он улыбается: “Мамочка, прости!”» Характерно, что он никогда не говорил «больше не буду!», а только «прости меня».
Интересно еще и то, что уроки дома он почти никогда не готовил, но все усваивал и учился не хуже других.
МАМА, ОТВЕЗИ МЕНЯ В МОНАСТЫРЬ
Когда мальчику исполнилось 12 лет, он начал проситься в монастырь. Упал на коленочки: «Мама, отвези меня в монастырь!» Мать говорит: «Куда я тебя повезу? Кому ты такой нужен?» Но он все-таки сильно ее упрашивал, и она решила его отвезти. Привезла в Глинскую пустынь. Встретившие их старцы отнеслись к мальчику с такой любовью и вниманием, что матери показалось очень странным и непонятным: почему они оказывают такое почтение ребенку?
С тех пор Виталий остался в Глинский пустыни и жил там до ее закрытия.
Cхиархимандрит Виталий (Сидоренко).
СТРАННИК
Однажды в калитку одного провинциального жителя постучался юный путник. Хозяин молча открыл дверь. На вопрос родных, почему он ввел в дом совершенно незнакомого человека, даже не спросив его ни о чем, хозяин ответил: «Я увидел лицо его – лицо ангела». Этим странником и был молодой Виталий.
С 14 лет он взял на себя подвиг странничества. Часто ночлегом ему служили: стог сена в поле, заброшенный сарай, тамбур вагона. Уже тогда, в те сталинские годы, он испытал на себе, что значит встреча с блюстителями порядка. Его положение странника сильно осложнялось тем, что Виталий сознательно отказался иметь какие-либо документы, в 16 лет порвав свой паспорт.
Он желал быть воином Царя Небесного, желал стать гражданином Неба, потому о земном гражданстве не хотел иметь попечения. Это действие — уничтожение паспорта — означало сознательное принятие скорбей, ибо он получил взамен «паспорт испытаний». Так поступали Христа ради юродивые, раздражавшие людей своим видом и поведением. Они постоянно несли скорби, но тем самым сохраняли драгоценнейший дар смирения, при котором действовали дарования Святого Духа — любовь, молитва, дар прозрения. Подобный жизненный путь избрал себе от юности и отец Виталий.
В «Лествице» и других памятниках аскетической письменности говорится о добродетели странничества, когда человек понимает, что не имеет здесь ничего, даже места, «где главу преклонить», устремляя всё свое попечение в сторону духовной родины – Иерусалима Небесного. Святые отцы учат, что именно к этому должен быть направлен духовный взор монаха.
ГЛИНСКАЯ ПУСТЫНЬ
Как раз в то время, когда в Грузии и России начался процесс восстановления общения Церквей, на Украине была вновь ненадолго открыта Глинская пустынь. Владыка Зиновий остался в Грузии, но многие насельники вернулись в свой монастырь. Глинская пустынь была одним из нескольких монастырей, существовавших в середине ХХ столетия. Возрождение обители пришлось на нелегкий период Великой Отечественной войны. Будучи открытой в 1942 году, пустынь просуществовала до 1961 года, когда «Хрущевская оттепель» спровоцировала очередное закрытие монастыря. В этот период в ней подвизались великие старцы: настоятель – отец Серафим (Амелин), духовник – отец Серафим (Романцов), благочинный – отец Андроник (Лукаш), отец Виталий (Сидоренко). Будучи послушником у отца Серафима, отец Виталий принимал странников как отец милосердия, утешал людей и вел очень духовную жизнь.
ТАГАНРОГ
Так как послушник Виталий, не имел документов, ему часто приходилось скрыться, когда в монастырь приезжали представители власти. В конце 1950-х годов власти ужесточили контроль, в Глинскую пустынь стали все чаще приезжать проверяющие. Послушнику Виталию стало опасно находиться в монастыре, и он уехал в Таганрог. В Таганроге он любил посещать городское кладбище, там молился у могилы блаженного старца Павла (Стожкова) (1792-1879). Он часто повторял слова старца Павла: «Все мое желание от юности было — молиться Богу, а намерение — идти по святым местам». Видя подвижническую жизнь брата Виталия, вокруг него стали собираться верующие люди.
Из воспоминаний келейницы отца Виталия схиигумении Серафимы (Дьяченко)):
«Странствуя с ним, мы не имели ни денег, ни двух одежд. Бывало, ночевали в поле, утром молились, клали поклоны и дальше шли...»
Однажды мотоцикл с вооруженными милиционерами остановился прямо перед подвижником, когда он шел с людьми. «Кто такие? Откуда? Документы!» Но он так ласково к ним обратился, что они были крайне изумлены. Поклонился, поцеловал их в плечи со словами: «Вы наши ангелы-хранители, наши защитники». Он победил их своим смирением и любовью - они, попросив его помолиться, уехали. Только спустя некоторое время он сказал: «А ведь они специально за мной ехали».
Духовные чада рассказывали, что, странствуя по России, брат Виталий ходил всегда в подряснике и с дорожным посохом — его невозможно было не заметить. И почти в каждом селении его поджидала милиция. Он рассказывал своим чадам об этом времени: «Я иду — на пути речка, перешел через нее — стоит постовой. Я ему в ножки поклонился, он повернулся спиной, как будто не заметил — я и прошел. А в другом месте меня как барина встречали на машине... К своим обидчикам он не испытывал никаких враждебных чувств, помня слова Господа «благословляйте проклинающих вас и молитесь за обижающих вас» (Лк.6,28) — таким образом стяжал великое смирение.
Многое пришлось пережить праведнику, в 1954 году в Таганроге его тяжелобольного положили в больницу, врачи констатировали — туберкулез в последней стадии, остались считанные дни. Но подвижник выжил. Господь хранил своего избранника, ради страждущих, которым предстояло по его молитвам встать на Путь истинный.
Через много лет, проезжая через Таганрог на поезде, отец Виталий показал монахине Марии множество горящих свечей над городом: «Сестра, смотри, горит город и столбы к небу!» Так, незримо для очей плотских, «горел» Таганрог молитвами духовных детей отца Виталия, верных Господу чад Православной Церкви.
КАВКАЗ
Свой монашеский путь, начатый в Глинской пустыни и закрепленный многими годами странничества, отец Виталий продолжил в горах Кавказа, где подвизался около десяти лет. Один из сподвижников отца Виталия по пустыни, разделявший вместе с ним крест отшельничества, вспоминает: «Очень мы любили брата Виталия. Из примеров он был пример христианской и монашеской жизни. Любвеобилие у него было благодатное. Рассуждение духовное – правильное. Бедность любил, нестяжательность. Эти его христианские добродетели увеселяли нас...»
Однажды его решила навестить мать. Узнав, где он живет, она приехала в Сухуми. Рассказывают, что, когда ее вели к нему в келью, она всю дорогу вздыхала: «Ох, куда же ты забрался! Ох, куда же ты залез – в какую глушь!».
Здесь, на Кавказе, она приобщилась к вере и уже начала жить как верующая. Так через сына обратилась к вере и мать. Преставилась она схимонахиней Андроникой, приняв по благословению старца Андроника великую схиму.
ПРОЗОРЛИВЫЙ СТАРЕЦ
Как ни пытался старец Виталий по своему смирению скрыть от людей дар прозорливости, утаить его было невозможно. Сам он не любил, когда говорили о его прозорливости, и если слышал, то отвечал так: «Вот раб Божий Виталий: разве ой прозорливый? Он — прожорливый». И тут же начинал себя и ругать и обличать. Однажды признался: «Думаете, легко быть прозорливым, когда видишь, что человек погибает? И знаешь, как ему помочь, и знаешь, что он эту помощь отвергнет... Тогда сердце такою скорбью исполняется».
Трагические события в Сухуми отец Виталий предсказал за 30 лет. Однажды, проходя по городу, он сказал: «Хочется, чтобы этот дом уцелел, и вот этот. Слышу, как на улицах стреляют, убивают, кровь течет ручьями».
И то, что было в его силах, отец Виталий делал, чтобы спасти людей от смерти духовной и физической. Старец обладал способностью исцелять телесные болезни, многим людям он продлил жизнь своими молитвами.
Из воспоминаний игумена Никиты (Третьякова): ««От отца Виталия все уезжали утешенными и исцеленными. Скажешь ему: Батюшка, вот здесь болит. Уезжаешь - не болит...»
Одна женщина побывав у старца со своей семьей сказала: «Выше той любви, какая есть у него, человек уже не может достигнуть. Если у человека такая любовь, а ведь ему дал ее Бог, то какой же тогда Сам Господь!» Сам схиархимандрит Виталий говорил о любви следующее: «Любовь будет — и стены разойдутся».
МОЛИТВЕННОЕ УСЕРДИЕ
Однажды, как это часто бывало, отец Виталий и отец Андроник всю ночь совершали проскомидию: записок, присланных православными, было очень много. «В храме никого не было, кроме отца Виталия и отца Андроника, – рассказывал потом архимандрит Адам, – но был один сторож, дядя Иван. Это случилось в Александро-Невском храме.
И он просыпается посреди ночи, встает и видит, что храм полон народу: яблоку негде упасть, столько людей. И думает: “Как же так я проспал? И мало, что я проспал, а кто же им открыл дверь?” И вот в растерянности он стоит, слышит пение; люди в храме; зажжены свечи, лампадки… и он вдруг видит, что на проскомидии стоят отец Виталий и отец Андроник.
Он бегом к ним и говорит: “Отец Андроник, простите меня, благословите, столько народу, а я, окаянный, только проснулся. Ведь проспал всё”. Отец Андроник говорит: “Иван, не волнуйся, еще только половина четвертого, ты еще можешь выспаться”. – “А откуда эти люди?” Он ничего не ответил. Это храм был наполнен душами тех людей, которых они поминали. Они как живые и как присутствовавшие физически стояли. Этот простой человек был удостоен этого видения, чтобы знать, что такое поминать в церкви человека».
Внешность схиархимандрита Виталия была очень благообразной. Никогда не было в нем уныния и недовольства, наоборот, его бодрость, живая вера в жизнь вечную и стремление к этой жизни передавались окружающим.
Последние годы своей жизни отец Виталий провел в Тбилиси. Множество людей со всех уголков страны ехало к нему за утешением и советом. И ни один человек не уходил неутешенным. Каждому батюшка служил, как Самому Христу.
НАСТАВЛЕНИЯ ОТЦА ВИТАЛИЯ
Поминая смерть, суд, ад, мы приходим в Божий страх, а страх как уздой удерживает на пути заповедей Божиих.
Лучше потерпеть боли и очиститься от греха, нежели быть здравым и быть обреченным на муки огня... Если благодати нет, то человек не может сам по себе терпеть.
Молитву творите во всякое время... Творите молитву — она все восполнит.
Всегда надо читать: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас грешных». Сидишь, кушаешь, беседуешь, идешь, стираешь, стряпаешь, моешь, копаешь, носишь — всегда надо читать Иисусову молитву...
Как дышишь, не спрашивая, как это делается, так и молитву читай да читай — и получишь спасение. Читайте Иисусову молитву во всякой нужде и печали, тогда приидет по времени искомое.
С людьми, когда они прекословят или порицают, надо молчать да молитву Иисусову творить. Это чудное средство.
Читайте 26, 50, 90 псалмы, и Господь и Матерь Божия подадут Свои милости.
Каждый поступок тянет за собой несколько грехов. Например, осуждение: тут и гордость, из-за которой осудила, и самовозвышение — раз ты осудила человека, ты возвысилась над ним, себя лучше посчитала... Мы должны как можно больше слез проливать о своих грехах. Когда нас кто-нибудь сильно обидит — мы плачем. А надо повернуть эти слезы на свои грехи. И эти же слезы проливать, вспоминая свои грехи. Каждая такая наша слезинка очень дорого стоит.
Благодать — очень нежная: чтобы приобрести ее, надо много трудиться, а потерять очень легко. Она не выносит малейшей неправды, нечистоты или внутренней скрытой обиды.
Старайся аккуратно молиться утром, вечером и при всяком деле, хотя бы так: «Благослови, Господи. Слава Тебе, Господи». И вместо других мыслей говори: «Господи, помози ми. Господи, защити мя. Господи, буди врач души и телу. Господи, научи мя творити волю Твою». Тако творя, ты будешь беседовать с Богом, что и есть молитва. Другие мысли не принимай — они не Божий.
Никогда не должно падать духом, а всегда уповать на помощь Божию и на милость Его.
Знайте, что за послушание Господь подаст терпение, великую милость и спасение.
Смиряйтесь, терпите, любите. Любовь будет — и стены разойдутся...
Когда не можешь отстать от осуждения, тогда надо совершать 150 раз «Богородице Дево, радуйся», — и Матерь Божия поможет никого не осуждать.
При злопамятности, когда зло внутри гнездится, тогда скажи себе: «Бог—Любовь, а я не люблю, значит, меня Бог отринет!» — И сим помыслом выгонишь злопамятство.
Дом освятите непременно. Где человек живет — там и обитель святая.
Ежедневно кропите квартиру святой водой... Берите икону Божией Матери утром и вечером, и все четыре стороны крестите, читая «Богородице Дево, радуйся». И придет помощь от Господа.
Cхиархимандрит Виталий (Сидоренко). (1928-1992)
[Дальше...]
ФИЛИАЛ ГЛИНСКОЙ ПУСТЫНИ
«Спасись, и возле тебя спасутся тысячи», – сказал некогда один из великих русских святых. Именно такова была жизнь угодников Божиих. Спасая свои души, они многих спасали вокруг себя. Благодать, обитавшая в них, была как глоток воздуха. Множество людей шли к старцам, и все получали назидание, подкрепление и вразумление.
Всего несколько десятилетий назад христианство было на грани исчезновения. Почти не было открытых храмов, священников, монашествующих… Однако уничтожению Церкви Христовой не суждено было случиться. Благовестие о Царстве Божием распространялось благодаря старцам, деятельно исполнявшим слова Спасителя Своим ученикам: «Идите, научите все народы» (Мф. 28: 19). Осуществляли они эту заповедь, уча в первую очередь примером своей святой и богоугодной жизни.
У истоков духовного возрождения встали несколько русских монахов-изгнанников, претерпевших тюрьмы, ссылки и лагеря. Все они собрались вокруг митрополита Зиновия, который, пройдя школу монашества и послушания старцу в Глинской пустыни, претерпев пятилетнюю ссылку и периоды скитания в горах Кавказа, по Промыслу Божию прибыл в Грузию, где и получил все высшие церковные награды вплоть до митрополитства.
Именно вокруг владыки Зиновия и его храма во имя святого благоверного князя Александра Невского собралось и большинство других подвижников Глинской пустыни, в числе которых и был схиархимандрит Виталий.
Этих аскетов можно назвать живыми «иконами», «образами. Будучи учениками дореволюционных старцев Глинской пустыни, они сами посредством индивидуального аскетического делания воплотили христианские добродетели в своей жизни и, стяжав благодатные дары Святого Духа, сами стали старцами и духовными наставниками для многих. Именно такая передача живого опыта Церкви является Преданием, немыслимым без учительства и ученичества. Апостол Павел пишет: «Подражайте мне, как я Христу» (1 Кор. 4: 16).
Приход митрополита Зиновия в Тбилиси называли «филиалом Глинской пустыни», поскольку на его территории жили и сам владыка, и старец Андроник (Лукаш); регулярно до начала болезни приезжал в Тбилиси схиархимандрит Серафим (Романцов), который после второго закрытия Глинской пустыни в 1961 году переехал в Сухуми, где служил в кафедральном соборе. Практически ежедневно бывал у владыки живший неподалеку схиархимандрит Виталий (Сидоренко), в Глинской пустыни подвизавшийся в период ее открытия в 1950–1960-е годы.
Cхиархимандрит Виталий (Сидоренко).
СКОРОМНАЯ ЛОЖКА
Схиархимандрит Виталий (в миру Виталий Николаевич Сидоренко) родился в 1928 году в селе Екатериновка Краснодарского края. Мать его, Александра, была совершенно неверующая. Жила она на Кубани и работала в колхозе на плантациях сахарной свеклы и табака. Зачастую приходилось ей брать с собой и Виталика.
И вот заметили, что в среду и пятницу маленький Виталик ничего не кушает, если ему предлагали мясную и молочную пищу.
О Божественном предызбрании Виталия еще в младенчестве свидетельствует следующий случай, произошедший в его самом раннем детстве. Обедали колхозники прямо в поле – в бригаде была своя кухня. И вот заметили, что в среду и пятницу маленький Виталик ничего не кушает, если ему предлагали мясную и молочную пищу. Один дедушка, понаблюдав, сказал: «Смотрите-ка, ребенок ведь не кушает скоромного только в среду и пятницу – это что-то значит, это что-то особенное!»
Тогда решили сварить ему простой супчик. Сварили, зовут:
– Виталик! Виталик! Иди, мы тебе приготовили хорошую юшку! Иди покушай!
Он подошел, посмотрел, взял кусок хлеба и пошел...
– Виталик, почему ты не стал кушать? Это мы для тебя сварили супчик!
– Я не буду его есть, потому что вы помешали его скоромной ложкой!
Повариха удивилась:
– И в самом деле! Я мешала молочную кашу, а потом этой же ложкой помешала суп...
“Приведу его домой, изобью, заберу Евангелие, спрячу. А на следующий день он его найдет и опять за свое”
Когда Виталик пошел в школу, он достал себе Евангелие и начал его читать – и не только сам, но еще и бабушкам. Как потом рассказывала его мать, «когда заканчивались уроки, он не приходил домой сразу, а где-то задерживался. Я шла его искать и находила сидящим среди бабушек и читающим им Евангелие. Приведу его домой, изобью, заберу Евангелие, спрячу. А на следующий день он его найдет и опять за свое».
Так будущий старец продолжал свое «проповедничество» до двенадцатилетнего возраста.
«Намучилась я с ним, – рассказывала мать, – не хватало уже никаких сил. Изобью его, а он не плачет. Встанет на колени, смотрит на меня, глазки такие светленькие… и улыбается. Я его бью, а он улыбается: “Мамочка, прости!”» Характерно, что он никогда не говорил «больше не буду!», а только «прости меня».
Интересно еще и то, что уроки дома он почти никогда не готовил, но все усваивал и учился не хуже других.
МАМА, ОТВЕЗИ МЕНЯ В МОНАСТЫРЬ
Когда мальчику исполнилось 12 лет, он начал проситься в монастырь. Упал на коленочки: «Мама, отвези меня в монастырь!» Мать говорит: «Куда я тебя повезу? Кому ты такой нужен?» Но он все-таки сильно ее упрашивал, и она решила его отвезти. Привезла в Глинскую пустынь. Встретившие их старцы отнеслись к мальчику с такой любовью и вниманием, что матери показалось очень странным и непонятным: почему они оказывают такое почтение ребенку?
С тех пор Виталий остался в Глинский пустыни и жил там до ее закрытия.
Cхиархимандрит Виталий (Сидоренко).
СТРАННИК
Однажды в калитку одного провинциального жителя постучался юный путник. Хозяин молча открыл дверь. На вопрос родных, почему он ввел в дом совершенно незнакомого человека, даже не спросив его ни о чем, хозяин ответил: «Я увидел лицо его – лицо ангела». Этим странником и был молодой Виталий.
С 14 лет он взял на себя подвиг странничества. Часто ночлегом ему служили: стог сена в поле, заброшенный сарай, тамбур вагона. Уже тогда, в те сталинские годы, он испытал на себе, что значит встреча с блюстителями порядка. Его положение странника сильно осложнялось тем, что Виталий сознательно отказался иметь какие-либо документы, в 16 лет порвав свой паспорт.
Он желал быть воином Царя Небесного, желал стать гражданином Неба, потому о земном гражданстве не хотел иметь попечения. Это действие — уничтожение паспорта — означало сознательное принятие скорбей, ибо он получил взамен «паспорт испытаний». Так поступали Христа ради юродивые, раздражавшие людей своим видом и поведением. Они постоянно несли скорби, но тем самым сохраняли драгоценнейший дар смирения, при котором действовали дарования Святого Духа — любовь, молитва, дар прозрения. Подобный жизненный путь избрал себе от юности и отец Виталий.
В «Лествице» и других памятниках аскетической письменности говорится о добродетели странничества, когда человек понимает, что не имеет здесь ничего, даже места, «где главу преклонить», устремляя всё свое попечение в сторону духовной родины – Иерусалима Небесного. Святые отцы учат, что именно к этому должен быть направлен духовный взор монаха.
ГЛИНСКАЯ ПУСТЫНЬ
Как раз в то время, когда в Грузии и России начался процесс восстановления общения Церквей, на Украине была вновь ненадолго открыта Глинская пустынь. Владыка Зиновий остался в Грузии, но многие насельники вернулись в свой монастырь. Глинская пустынь была одним из нескольких монастырей, существовавших в середине ХХ столетия. Возрождение обители пришлось на нелегкий период Великой Отечественной войны. Будучи открытой в 1942 году, пустынь просуществовала до 1961 года, когда «Хрущевская оттепель» спровоцировала очередное закрытие монастыря. В этот период в ней подвизались великие старцы: настоятель – отец Серафим (Амелин), духовник – отец Серафим (Романцов), благочинный – отец Андроник (Лукаш), отец Виталий (Сидоренко). Будучи послушником у отца Серафима, отец Виталий принимал странников как отец милосердия, утешал людей и вел очень духовную жизнь.
ТАГАНРОГ
Так как послушник Виталий, не имел документов, ему часто приходилось скрыться, когда в монастырь приезжали представители власти. В конце 1950-х годов власти ужесточили контроль, в Глинскую пустынь стали все чаще приезжать проверяющие. Послушнику Виталию стало опасно находиться в монастыре, и он уехал в Таганрог. В Таганроге он любил посещать городское кладбище, там молился у могилы блаженного старца Павла (Стожкова) (1792-1879). Он часто повторял слова старца Павла: «Все мое желание от юности было — молиться Богу, а намерение — идти по святым местам». Видя подвижническую жизнь брата Виталия, вокруг него стали собираться верующие люди.
Из воспоминаний келейницы отца Виталия схиигумении Серафимы (Дьяченко)):
«Странствуя с ним, мы не имели ни денег, ни двух одежд. Бывало, ночевали в поле, утром молились, клали поклоны и дальше шли...»
Однажды мотоцикл с вооруженными милиционерами остановился прямо перед подвижником, когда он шел с людьми. «Кто такие? Откуда? Документы!» Но он так ласково к ним обратился, что они были крайне изумлены. Поклонился, поцеловал их в плечи со словами: «Вы наши ангелы-хранители, наши защитники». Он победил их своим смирением и любовью - они, попросив его помолиться, уехали. Только спустя некоторое время он сказал: «А ведь они специально за мной ехали».
Духовные чада рассказывали, что, странствуя по России, брат Виталий ходил всегда в подряснике и с дорожным посохом — его невозможно было не заметить. И почти в каждом селении его поджидала милиция. Он рассказывал своим чадам об этом времени: «Я иду — на пути речка, перешел через нее — стоит постовой. Я ему в ножки поклонился, он повернулся спиной, как будто не заметил — я и прошел. А в другом месте меня как барина встречали на машине... К своим обидчикам он не испытывал никаких враждебных чувств, помня слова Господа «благословляйте проклинающих вас и молитесь за обижающих вас» (Лк.6,28) — таким образом стяжал великое смирение.
Многое пришлось пережить праведнику, в 1954 году в Таганроге его тяжелобольного положили в больницу, врачи констатировали — туберкулез в последней стадии, остались считанные дни. Но подвижник выжил. Господь хранил своего избранника, ради страждущих, которым предстояло по его молитвам встать на Путь истинный.
Через много лет, проезжая через Таганрог на поезде, отец Виталий показал монахине Марии множество горящих свечей над городом: «Сестра, смотри, горит город и столбы к небу!» Так, незримо для очей плотских, «горел» Таганрог молитвами духовных детей отца Виталия, верных Господу чад Православной Церкви.
КАВКАЗ
Свой монашеский путь, начатый в Глинской пустыни и закрепленный многими годами странничества, отец Виталий продолжил в горах Кавказа, где подвизался около десяти лет. Один из сподвижников отца Виталия по пустыни, разделявший вместе с ним крест отшельничества, вспоминает: «Очень мы любили брата Виталия. Из примеров он был пример христианской и монашеской жизни. Любвеобилие у него было благодатное. Рассуждение духовное – правильное. Бедность любил, нестяжательность. Эти его христианские добродетели увеселяли нас...»
Однажды его решила навестить мать. Узнав, где он живет, она приехала в Сухуми. Рассказывают, что, когда ее вели к нему в келью, она всю дорогу вздыхала: «Ох, куда же ты забрался! Ох, куда же ты залез – в какую глушь!».
Здесь, на Кавказе, она приобщилась к вере и уже начала жить как верующая. Так через сына обратилась к вере и мать. Преставилась она схимонахиней Андроникой, приняв по благословению старца Андроника великую схиму.
ПРОЗОРЛИВЫЙ СТАРЕЦ
Как ни пытался старец Виталий по своему смирению скрыть от людей дар прозорливости, утаить его было невозможно. Сам он не любил, когда говорили о его прозорливости, и если слышал, то отвечал так: «Вот раб Божий Виталий: разве ой прозорливый? Он — прожорливый». И тут же начинал себя и ругать и обличать. Однажды признался: «Думаете, легко быть прозорливым, когда видишь, что человек погибает? И знаешь, как ему помочь, и знаешь, что он эту помощь отвергнет... Тогда сердце такою скорбью исполняется».
Трагические события в Сухуми отец Виталий предсказал за 30 лет. Однажды, проходя по городу, он сказал: «Хочется, чтобы этот дом уцелел, и вот этот. Слышу, как на улицах стреляют, убивают, кровь течет ручьями».
И то, что было в его силах, отец Виталий делал, чтобы спасти людей от смерти духовной и физической. Старец обладал способностью исцелять телесные болезни, многим людям он продлил жизнь своими молитвами.
Из воспоминаний игумена Никиты (Третьякова): ««От отца Виталия все уезжали утешенными и исцеленными. Скажешь ему: Батюшка, вот здесь болит. Уезжаешь - не болит...»
Одна женщина побывав у старца со своей семьей сказала: «Выше той любви, какая есть у него, человек уже не может достигнуть. Если у человека такая любовь, а ведь ему дал ее Бог, то какой же тогда Сам Господь!» Сам схиархимандрит Виталий говорил о любви следующее: «Любовь будет — и стены разойдутся».
МОЛИТВЕННОЕ УСЕРДИЕ
Однажды, как это часто бывало, отец Виталий и отец Андроник всю ночь совершали проскомидию: записок, присланных православными, было очень много. «В храме никого не было, кроме отца Виталия и отца Андроника, – рассказывал потом архимандрит Адам, – но был один сторож, дядя Иван. Это случилось в Александро-Невском храме.
И он просыпается посреди ночи, встает и видит, что храм полон народу: яблоку негде упасть, столько людей. И думает: “Как же так я проспал? И мало, что я проспал, а кто же им открыл дверь?” И вот в растерянности он стоит, слышит пение; люди в храме; зажжены свечи, лампадки… и он вдруг видит, что на проскомидии стоят отец Виталий и отец Андроник.
Он бегом к ним и говорит: “Отец Андроник, простите меня, благословите, столько народу, а я, окаянный, только проснулся. Ведь проспал всё”. Отец Андроник говорит: “Иван, не волнуйся, еще только половина четвертого, ты еще можешь выспаться”. – “А откуда эти люди?” Он ничего не ответил. Это храм был наполнен душами тех людей, которых они поминали. Они как живые и как присутствовавшие физически стояли. Этот простой человек был удостоен этого видения, чтобы знать, что такое поминать в церкви человека».
Внешность схиархимандрита Виталия была очень благообразной. Никогда не было в нем уныния и недовольства, наоборот, его бодрость, живая вера в жизнь вечную и стремление к этой жизни передавались окружающим.
Последние годы своей жизни отец Виталий провел в Тбилиси. Множество людей со всех уголков страны ехало к нему за утешением и советом. И ни один человек не уходил неутешенным. Каждому батюшка служил, как Самому Христу.
НАСТАВЛЕНИЯ ОТЦА ВИТАЛИЯ
Поминая смерть, суд, ад, мы приходим в Божий страх, а страх как уздой удерживает на пути заповедей Божиих.
Лучше потерпеть боли и очиститься от греха, нежели быть здравым и быть обреченным на муки огня... Если благодати нет, то человек не может сам по себе терпеть.
Молитву творите во всякое время... Творите молитву — она все восполнит.
Всегда надо читать: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас грешных». Сидишь, кушаешь, беседуешь, идешь, стираешь, стряпаешь, моешь, копаешь, носишь — всегда надо читать Иисусову молитву...
Как дышишь, не спрашивая, как это делается, так и молитву читай да читай — и получишь спасение. Читайте Иисусову молитву во всякой нужде и печали, тогда приидет по времени искомое.
С людьми, когда они прекословят или порицают, надо молчать да молитву Иисусову творить. Это чудное средство.
Читайте 26, 50, 90 псалмы, и Господь и Матерь Божия подадут Свои милости.
Каждый поступок тянет за собой несколько грехов. Например, осуждение: тут и гордость, из-за которой осудила, и самовозвышение — раз ты осудила человека, ты возвысилась над ним, себя лучше посчитала... Мы должны как можно больше слез проливать о своих грехах. Когда нас кто-нибудь сильно обидит — мы плачем. А надо повернуть эти слезы на свои грехи. И эти же слезы проливать, вспоминая свои грехи. Каждая такая наша слезинка очень дорого стоит.
Благодать — очень нежная: чтобы приобрести ее, надо много трудиться, а потерять очень легко. Она не выносит малейшей неправды, нечистоты или внутренней скрытой обиды.
Старайся аккуратно молиться утром, вечером и при всяком деле, хотя бы так: «Благослови, Господи. Слава Тебе, Господи». И вместо других мыслей говори: «Господи, помози ми. Господи, защити мя. Господи, буди врач души и телу. Господи, научи мя творити волю Твою». Тако творя, ты будешь беседовать с Богом, что и есть молитва. Другие мысли не принимай — они не Божий.
Никогда не должно падать духом, а всегда уповать на помощь Божию и на милость Его.
Знайте, что за послушание Господь подаст терпение, великую милость и спасение.
Смиряйтесь, терпите, любите. Любовь будет — и стены разойдутся...
Когда не можешь отстать от осуждения, тогда надо совершать 150 раз «Богородице Дево, радуйся», — и Матерь Божия поможет никого не осуждать.
При злопамятности, когда зло внутри гнездится, тогда скажи себе: «Бог—Любовь, а я не люблю, значит, меня Бог отринет!» — И сим помыслом выгонишь злопамятство.
Дом освятите непременно. Где человек живет — там и обитель святая.
Ежедневно кропите квартиру святой водой... Берите икону Божией Матери утром и вечером, и все четыре стороны крестите, читая «Богородице Дево, радуйся». И придет помощь от Господа.