Подрыв Днепрогэс
Все дело в выполнении сталинского приказа о "выжженной земле", об уничтожении всех промышленных объектов, которые оставались на оккупированной территории, одним из которых была и ДнепроГЭС. Но предупреждать местное население и дислоцировавшиеся в затопленных районах воинские части не стали. Жертвами данной операции стали от 20 до 100 тысяч человек.
Станция была заминирована заранее (до начала августа) 157 полком НКВД. Использовалось более 20 тонн взрывчатки – аммонала, руководил операцией инженер-полковник Эпов Борис Александрович.
18 августа 1941 две дивизии Вермахта (9-я и 14-я) подошли к Запорожью, красная армия (18-я, 9-я армия с прикрепленными отдельными частями) была полностью деморализована и после первых стычек начала отступление, командование дало приказ на подрыв ДнепроГЭСа.
Около 20:15 прозвучал взрыв на станции и был образован пролом свыше 165 м, который спровоцировал волну высотой около 30 метров, которая смыла прибрежную городскую полосу, волна докатилась до о. Хортицы и дошла до соседних городов – Никополя и Марганца. Волны унесли свыше тысячи жизней мирного населения, уничтожили Запорожскую флотилию, бесчисленное количество людей оставили без крыш над головой, части германского Вермахта лишь наблюдали в бинокли за разыгравшейся драмой гибели сотен тысяч людей. Армейское командование, про подрыв не было предупреждено. В результате взрыва плотины погибли те советские солдаты, которые в этот момент переправлялись по плотине, плюс было затоплено еще занятое в тот момент советскими войсками Запорожье, были затоплены значительные части советских войск, которые находились ниже по течению, отрезаные водой войска вынуждены были сдаться в плен.
Оценка количества жертв различными исследователями колеблется от 20 000 человек (Ф. Пигидо, В. Мороко) до 75-100 тысяч (А. Руммо).
Согласно боевым донесениям от 19 августа штаба Южного фронта Верховному Главнокомандующему подрыв плотины ДнепроГЭСа был осуществлен начальником Отдела военно-инженерного управления штаба Южного фронта подполковником О.Петровським и представителем Генштаба, начальником отдельного научно-исследовательского военно-инженерного института (г. Москва) военным инженером 1-го ранга Б.Еповым (Центральный архив Министерства обороны Российской Федерации. — Ф.228. — Оп.754. — Спр.60. — Арк.95). Они действовали согласно распоряжениям Генштаба Красной армии, получив разрешение в случае крайней необходимости взорвать плотину.
Определить точное число погибших практически невозможно, имеющиеся источники позволяют оценить лишь приблизительные потери воюющих сторон. Известно о вероятной гибели 1500 немецких солдат (Мороко В.Н. Днепрогэс: черный августа 1941 / / Научные работы исторического факультета Запорожского национального университета. — М.: ЗНУ, 2010. — Вип.XXИХ. — С.200).
С советской стороны в зоне поражения наводнением находилась большая часть из 200 тыс. ополченцев области, стрелковая дивизия (один из ее полков оставался на о. Хортица), полк НКВД, два артиллерийских полка, а также более мелкие подразделения. Личный состав этих частей суммарно насчитывает более 20 тыс. бойцов. Кроме того, в ночь на 18 августа в широкой полосе от Никополя до Каховки и Херсона начался отход на левый берег двух общевойсковых армий и кавалерийского корпуса. Это еще 12 дивизий (150-170 тыс. солдат и офицеров).
Кроме военных, от внезапного наводнения пострадали жители низинных улиц Запорожья, сел на обоих берегах Днепра, беженцы. Ориентировочная цифра людей в зоне поражения — 450 тыс. человек. Исходя из этих данных, численность погибших красноармейцев, ополченцев и гражданского населения с советской стороны в исторических исследованиях оценивается от 20-30 тысяч (Ф. Пигидо, В. Мороко) до 75-100 тысяч (А. Руммо) (Мороко В.Н. Днепрогэс: черный августа 1941//Научные работы исторического факультета Запорожского национального университета. — М.: ЗНУ, 2010. — Вип.XXИХ. — С.201; Руммо А.В. Скажите людям правду // Социологические исследования. — Москва, 1990. — No.9. — С.128).
Вот что рассказывает (в мемуарах) бывший заместитель предсовнаркома СССР М.Г. Первухин*:
"К началу августа 1941 г. районы Днепра оказались в зоне военных действий. Встал вопрос об эвакуации жемчужины советской энергетики – Днепровской гидроэлектростанции имени В. И. Ленина… Верховным главнокомандованием было дано задание советским войскам Юго-западного фронта укрепиться на рубеже реки Днепр и задержать противника. В этих целях в крайнем случае взорвать плотину Днепровской гидростанции, чтобы вражеские войска не смогли с ходу перейти на левый берег реки и занять важный промышленный центр.
Мне было поручено проследить за тем, чтобы на гидростанции все было подготовлено для взрыва, а сам взрыв сделан тогда, когда наши отступающие войска перейдут на левый берег Днепра. Вместе с работниками Наркомата электростанций и Днепрэнерго я обсудил, как лучше выполнить это важное и тяжелое, особенно для нас, энергетиков, задание. Надо было устроить такой взрыв, чтобы он помешал немецким войскам использовать плотину для переброски своих сил и техники, а с другой стороны оставить возможность после окончания войны быстрого восстановления гидростанции.
Было решено заложить взрывчатку в верхнюю потерну (тоннель в теле плотины, соединяющий правый и левый берега). Место закладки взрывчатки отделить с обеих сторон мешками с песком, чтобы взрывная волна пошла в нужном направлении и разрушила только несколько пролетов сливной части плотины, а вместе с ней – и мостовой переход…
Днепрогэс имел сильную военную охрану и зенитную оборону. Накануне рокового дня, когда пришлось подорвать плотину, город Запорожье сильно бомбили немецкие самолеты, но зенитная оборона не позволила противнику прицельно бросать бомбы на электростанцию и плотину. Вечером этого же дня, после очередного воздушного налета, неожиданно начался обстрел района электростанции из минометов. Это было совсем неожиданно, так как советские войска удерживали противника еще в нескольких десятках километров западнее. Оказалось, что во время отвлекающей бомбардировки города воздушный десант противника высадился на острове Хортица, примерно в трех километрах от плотины. Очевидно, командование немецких войск хотело занять Днепрогэс неповрежденным и хотело это сделать с помощью парашютистов…
Немцы возле взорванной плотины
Во второй половине дня, когда почти была закончена укладка взрывчатки, прибыл представитель штаба фронта, который вручил представителям военного командования на Днепрогэсе телеграмму главнокомандующего войсками Юго-западного направления маршала С. М. Буденного, уточнявшую срок взрыва. В ней было указано, что в случае опасности занятия плотины немцами, она должна быть выведена из строя.
Смеркалось, через потерну перешли на левый берег бойцы, так как сверху по плотине проходить было уже нельзя, ибо она была под сильным артиллерийским огнем противника.
Вдруг обстрел прекратился и наступила гнетущая тишина, которая при неизвестности обстановки действовала на нервы наших людей хуже, чем обстрел…
Настал момент, когда командир воинской части, обороняющей Днепрогэс, замкнул контакты аккумуляторной батареи, глухой взрыв потряс плотину… Взрывом… было разрушено несколько пролетов сливной части плотины. При взрыве погибли не только гитлеровцы, находившиеся на плотине, но, и при быстром подъеме воды ниже электростанции, в днепровских плавнях правого берега, было затоплено немало войск и вооружения противника, готовившегося к переправе на левый берег… С болью в сердце и надеждой на скорое возвращение к берегам Днепра уходили работники электростанции глубокой ночью на Восток…
В течение дня[18 августа 1941г.] я несколько раз по телефону проверял положение дела на Днепрогэсе. Вечером, примерно часов в пять, я позвонил секретарю обкома. Он мне сообщил, что на правом берегу у плотины появились немецкие танки и плотину взорвали… Поздно ночью я был в ЦК и доложил И. В. Сталину, что плотина Днепрогэса взорвана. Он ответил, что вовремя сделали и тем самым остановили продвижение немцев на этом участке фронта".
* - ПЕРВУХИН Михаил Георгиевич. С 1939 по 1940 год - нарком электростанций и электропромышленности СССР. С апреля 1940 - заместитель председателя Совета народных комиссаров СССР. Летом и осенью 1941 года отвечал за эвакуацию энергетического потенциала европейской части страны на Восток.
https://slavynka88.livejournal.com/377294.html
Станция была заминирована заранее (до начала августа) 157 полком НКВД. Использовалось более 20 тонн взрывчатки – аммонала, руководил операцией инженер-полковник Эпов Борис Александрович.
18 августа 1941 две дивизии Вермахта (9-я и 14-я) подошли к Запорожью, красная армия (18-я, 9-я армия с прикрепленными отдельными частями) была полностью деморализована и после первых стычек начала отступление, командование дало приказ на подрыв ДнепроГЭСа.
Около 20:15 прозвучал взрыв на станции и был образован пролом свыше 165 м, который спровоцировал волну высотой около 30 метров, которая смыла прибрежную городскую полосу, волна докатилась до о. Хортицы и дошла до соседних городов – Никополя и Марганца. Волны унесли свыше тысячи жизней мирного населения, уничтожили Запорожскую флотилию, бесчисленное количество людей оставили без крыш над головой, части германского Вермахта лишь наблюдали в бинокли за разыгравшейся драмой гибели сотен тысяч людей. Армейское командование, про подрыв не было предупреждено. В результате взрыва плотины погибли те советские солдаты, которые в этот момент переправлялись по плотине, плюс было затоплено еще занятое в тот момент советскими войсками Запорожье, были затоплены значительные части советских войск, которые находились ниже по течению, отрезаные водой войска вынуждены были сдаться в плен.
Оценка количества жертв различными исследователями колеблется от 20 000 человек (Ф. Пигидо, В. Мороко) до 75-100 тысяч (А. Руммо).
Согласно боевым донесениям от 19 августа штаба Южного фронта Верховному Главнокомандующему подрыв плотины ДнепроГЭСа был осуществлен начальником Отдела военно-инженерного управления штаба Южного фронта подполковником О.Петровським и представителем Генштаба, начальником отдельного научно-исследовательского военно-инженерного института (г. Москва) военным инженером 1-го ранга Б.Еповым (Центральный архив Министерства обороны Российской Федерации. — Ф.228. — Оп.754. — Спр.60. — Арк.95). Они действовали согласно распоряжениям Генштаба Красной армии, получив разрешение в случае крайней необходимости взорвать плотину.
Определить точное число погибших практически невозможно, имеющиеся источники позволяют оценить лишь приблизительные потери воюющих сторон. Известно о вероятной гибели 1500 немецких солдат (Мороко В.Н. Днепрогэс: черный августа 1941 / / Научные работы исторического факультета Запорожского национального университета. — М.: ЗНУ, 2010. — Вип.XXИХ. — С.200).
С советской стороны в зоне поражения наводнением находилась большая часть из 200 тыс. ополченцев области, стрелковая дивизия (один из ее полков оставался на о. Хортица), полк НКВД, два артиллерийских полка, а также более мелкие подразделения. Личный состав этих частей суммарно насчитывает более 20 тыс. бойцов. Кроме того, в ночь на 18 августа в широкой полосе от Никополя до Каховки и Херсона начался отход на левый берег двух общевойсковых армий и кавалерийского корпуса. Это еще 12 дивизий (150-170 тыс. солдат и офицеров).
Кроме военных, от внезапного наводнения пострадали жители низинных улиц Запорожья, сел на обоих берегах Днепра, беженцы. Ориентировочная цифра людей в зоне поражения — 450 тыс. человек. Исходя из этих данных, численность погибших красноармейцев, ополченцев и гражданского населения с советской стороны в исторических исследованиях оценивается от 20-30 тысяч (Ф. Пигидо, В. Мороко) до 75-100 тысяч (А. Руммо) (Мороко В.Н. Днепрогэс: черный августа 1941//Научные работы исторического факультета Запорожского национального университета. — М.: ЗНУ, 2010. — Вип.XXИХ. — С.201; Руммо А.В. Скажите людям правду // Социологические исследования. — Москва, 1990. — No.9. — С.128).
Вот что рассказывает (в мемуарах) бывший заместитель предсовнаркома СССР М.Г. Первухин*:
"К началу августа 1941 г. районы Днепра оказались в зоне военных действий. Встал вопрос об эвакуации жемчужины советской энергетики – Днепровской гидроэлектростанции имени В. И. Ленина… Верховным главнокомандованием было дано задание советским войскам Юго-западного фронта укрепиться на рубеже реки Днепр и задержать противника. В этих целях в крайнем случае взорвать плотину Днепровской гидростанции, чтобы вражеские войска не смогли с ходу перейти на левый берег реки и занять важный промышленный центр.
Мне было поручено проследить за тем, чтобы на гидростанции все было подготовлено для взрыва, а сам взрыв сделан тогда, когда наши отступающие войска перейдут на левый берег Днепра. Вместе с работниками Наркомата электростанций и Днепрэнерго я обсудил, как лучше выполнить это важное и тяжелое, особенно для нас, энергетиков, задание. Надо было устроить такой взрыв, чтобы он помешал немецким войскам использовать плотину для переброски своих сил и техники, а с другой стороны оставить возможность после окончания войны быстрого восстановления гидростанции.
Было решено заложить взрывчатку в верхнюю потерну (тоннель в теле плотины, соединяющий правый и левый берега). Место закладки взрывчатки отделить с обеих сторон мешками с песком, чтобы взрывная волна пошла в нужном направлении и разрушила только несколько пролетов сливной части плотины, а вместе с ней – и мостовой переход…
Днепрогэс имел сильную военную охрану и зенитную оборону. Накануне рокового дня, когда пришлось подорвать плотину, город Запорожье сильно бомбили немецкие самолеты, но зенитная оборона не позволила противнику прицельно бросать бомбы на электростанцию и плотину. Вечером этого же дня, после очередного воздушного налета, неожиданно начался обстрел района электростанции из минометов. Это было совсем неожиданно, так как советские войска удерживали противника еще в нескольких десятках километров западнее. Оказалось, что во время отвлекающей бомбардировки города воздушный десант противника высадился на острове Хортица, примерно в трех километрах от плотины. Очевидно, командование немецких войск хотело занять Днепрогэс неповрежденным и хотело это сделать с помощью парашютистов…
Немцы возле взорванной плотины
Во второй половине дня, когда почти была закончена укладка взрывчатки, прибыл представитель штаба фронта, который вручил представителям военного командования на Днепрогэсе телеграмму главнокомандующего войсками Юго-западного направления маршала С. М. Буденного, уточнявшую срок взрыва. В ней было указано, что в случае опасности занятия плотины немцами, она должна быть выведена из строя.
Смеркалось, через потерну перешли на левый берег бойцы, так как сверху по плотине проходить было уже нельзя, ибо она была под сильным артиллерийским огнем противника.
Вдруг обстрел прекратился и наступила гнетущая тишина, которая при неизвестности обстановки действовала на нервы наших людей хуже, чем обстрел…
Настал момент, когда командир воинской части, обороняющей Днепрогэс, замкнул контакты аккумуляторной батареи, глухой взрыв потряс плотину… Взрывом… было разрушено несколько пролетов сливной части плотины. При взрыве погибли не только гитлеровцы, находившиеся на плотине, но, и при быстром подъеме воды ниже электростанции, в днепровских плавнях правого берега, было затоплено немало войск и вооружения противника, готовившегося к переправе на левый берег… С болью в сердце и надеждой на скорое возвращение к берегам Днепра уходили работники электростанции глубокой ночью на Восток…
В течение дня[18 августа 1941г.] я несколько раз по телефону проверял положение дела на Днепрогэсе. Вечером, примерно часов в пять, я позвонил секретарю обкома. Он мне сообщил, что на правом берегу у плотины появились немецкие танки и плотину взорвали… Поздно ночью я был в ЦК и доложил И. В. Сталину, что плотина Днепрогэса взорвана. Он ответил, что вовремя сделали и тем самым остановили продвижение немцев на этом участке фронта".
* - ПЕРВУХИН Михаил Георгиевич. С 1939 по 1940 год - нарком электростанций и электропромышленности СССР. С апреля 1940 - заместитель председателя Совета народных комиссаров СССР. Летом и осенью 1941 года отвечал за эвакуацию энергетического потенциала европейской части страны на Восток.
https://slavynka88.livejournal.com/377294.html