СВЯТОЙ ШАРБЕЛЬ, ИЛИ НЕПОДВЛАСТНЫЙ РАЗЛОЖЕНИЮ
В первое утро наступившего 1899 года, монахи-отшельники монастыря Святых Петра и Павла направлялись по горам Ливана к монастырю, расположенному в местечке Анная. По узкой, занесённой снегом горной тропинке, находящейся на высоте 1300 метров над уровнем моря, они несли туда хоронить тело семидесятилетнего монаха Шарбеля. Последние двадцать пять лет своей жизни он был отшельником.
Юсеф Махлуф — будущий святой Шарбель родился в 1828 г. в селе Бекаа-Кафра, что на севере Ливана высоко в горах. Он был четвертым ребенком в семье простых крестьян Антуана и Бригитты Маклуфов. Эта семья была очень благочестивой, трудолюбивой и аскетичной. В доме Маклуфа особо почитали Пресвятую Деву Марию. Всей семьей они приходили на Божественную Литургию в местную церковь, строго хранили дни поста, обязательно придерживались христианских праздников. Однако, 8 августа 1831 отец Юсефа скончался, когда ребёнку было три года. Его мать через некоторое время вышла замуж за Лахуда Ибрагима, который стал в последствии приходским священником.
[Дальше...]
МОНАШЕСКОЕ ПРИЗВАНИЕ
Юсеф уже с детства был непохожим на своих братьев и сверстников. Печать благоговения перед Богом всегда была на его детском лице, а молчаливость стала присущей ему особенностью. Юсеф никогда не участвовал в шумных мальчишеских забавах и часто не по-детски молился Богу. Он отыскал на склоне горы узкий грот, сделал себе крохотный алтарь, поставил изображение Божией Матери, запасся ладаном и истово молился. С тех пор люди и прозвали его «святым». Этот маленький грот стал первым скитом Юсефа. Здесь он часто слушал внутренний голос, который постоянно говорил: «Твоя жизнь принадлежит Христу. Иди за Ним!».
Юсеф отдалился от сверстников, от семьи, готовясь к важному шагу в своей жизни. И, наконец, пришло то время, когда он оставил все — отчима, мать, братьев и девушку, которая считала себя его невестой. В 23 года (это был 1851) он решительно покинул дом, даже не попрощавшись с матерью. Он понимал, что прощание будет тяжелым и боялся, что бы оно не поколебало его решимость. В то время у Юсефа Маклуфа не было ничего, кроме горячего, всепоглощающего желания служить Господу. Не было у него даже постной лепешки, не было проводника, который знал бы эту дикую местность. По дороге он ел корни растений, лесные ягоды, дикий мед.
Путь юноша держал в монастырь Мейфукской Богородицы, но каким же образом его отыскать? Юсеф однако верил: если Бог захочет, то обязательно укажет ему верный путь. Однажды, на восходе солнца, путник с вершины горы наконец увидел цель своего путешествия. В долине, среди фруктовых деревьев, показались крыши из красной черепицы с остроконечными башнями и крестами, и душа юноши исполнилась радости и благоговения. В монастыре Юсеф обратил внимание на виноградную лозу, которая упрямо тянулась вверх и прямо на крыше распустила листья. «Вот так и я, — подумал Юсеф, — буду упрямо карабкаться на самую вершину монашеского призвания».
В те времена, как и сейчас, в Ливане насчитывалось примерно семьдесят маронитских монастырей, которые были сосредоточением религиозной и культурной жизни нации. Здесь изучали не только богословие, но и необходимые ремесла, внедряли новейшие технологии обработки тяжелой, своеобразной ливанской земли. Словом, в народе монахов считали настоящими просветителями, которых Сам Господь прислал к людям.
Два года строгого послушания в Мейфукском и Аннайськом монастырях (после года послушничества Юсефа переводят в монастырь св. Марона в Аннайе) действительно были двумя героическими годами. Крестьянский закалка и незыблемая вера в Господа помогали юному послушнику выдерживать нечеловеческое напряжение: по пять-семь раз в день принимать участие в Богослужениях, вставать в полночь к Полунощнице, днем пасти на горных склонах скот, работать, пока не стемнеет на виноградниках... Здесь он выполнял столярные работы, дубил кожи, носил с горных склонов огромные камни и шлифовал их.
Молодой послушник все делал с большим увлечением. Несмотря на суровы монастырский распорядок он всегда мог найти время и для того, чтобы изучать литургические песнопения, углублять свои познания через чтение книг. Юсеф искал для себя все новые и новые занятия, никогда не жаловался ни на усталость, ни на тяжелые условия проживания в келье. Во всем он старался походить на отца-наставника, на тех, кто был для него примером. Особенно тяжелым и напряженным выдался первый год послушания. Однако ни один монах не заметил, чтобы послушник в чем-нибудь проявил слабость...
В монастыре Юсеф Махлуф, в честь антиохийского мученика II в., принимает монашеское имя — Шарбель (Сарбелий). Это имя состоит из корней слов со значениями «царь» и «Бог». С первого ноября в 1853 году, он принимает, монашеский постриг. После двух лет послушничества настоятели отправляют молодого монаха в семинарию в Кфифан. Во время обучения в семинарии Шарбель был учеником святого Ниматтуллы Кассаба Аль-Хардини, о котором, если Бог даст, я напишу отдельно. На 23 июля 1859 Брат Шарбель был рукоположен во священники.
ЧУДЕСА ПРИ ЖИЗНИ ШАРБЕЛЯ
Мы, люди, падки на чудеса, но тем не менее Господь попускает их, что бы они стали для нас, слабых верой, отправной точкой, пунктом обращения, толчком к новой жизни во Христе. Много чудес явил Господь через святость своего верного монаха Шарбеля. Пусть же наше любопытство к ним будет не праздным развлечением, но действительно началом нашей личной духовной дороги.
Вот одно из таких чудес... В один жаркий день Шарбель простоял на коленях два часа, а потом пошел работать в поле. Во время его отсутствия в келью проник мелкий воришка и украл две тарелки, из которых Шарбель ел. Когда инок возвращался в монастырь, то увидел неожиданную картину: на тропе, дрожа от страха, стоял бедно одетый человек, а сзади и спереди его окружили две ядовитые гадюки. Стоило этому человеку только пошевелиться, как змеи, словно по команде, поднимали головы и злобно шипели. Шарбель увидел на тропинке свои тарелки и понял в чем дело. В эту минуту появился запыхавшийся отец-настоятель, которому уже сообщили о краже.
— Так это правда? Нужно немедленно вызвать полицию.
— Прошу вас, отче, никого не нужно вызывать! — Впервые решился возразить старшему молодой послушник Шарбель. — Посмотрите, даже змеи не тронули беднягу, зачем же его арестовывать? Змеи уже проучили его. Он это запомнит на всю жизнь.
— Но как нам отпугнуть этих гадюк?
— Позвольте, отче, я это сделаю. — Он близко подошел к змеям, и тихо, но властно приказал им. Они же с шипением юркнули в кусты. А вор, как ошпаренный, бросился наутек.
Был и другой удивительный случай, связанный с отшельническим призванием монаха. Шарбель желал жить отшельнической жизнью, но настоятель колебался благословить его на этот подвиг. Однако вскоре настоятель получил знамение свыше, которое развеяло его сомнения. Однажды, чтобы поразвлечься, монах вместо масла налил в лампу Шарбеля воды. Каково же было его удивление, когда ночью он увидел в его келье свет. В лампе действительно была вода — сам настоятель монастыря попробовал ее на вкус, ибо монах-шутник перепугался и во всем признался ему. У Шарбеля эта вода горела, как масло, но а в келье настоятеля сразу же погасла. После этого случая в 15 февраля 1875 года монаху позволили удалиться в скит. Шарбель отдал иноческой жизни 47 лет, из них 23 года он прожил отшельником.
Были и другие чудеса, но на мой взгляд, самым удивительным среди них, которое Господь явил нам через святого Шарбеля, был чудесный дар молитвы и аскезы. Шарбель мог стоять на коленях по четыре-пять часов. Разговаривать с ним в это время было бесполезно, он находился в глубокой медитации, общаясь с Богом.
Зимой и летом монах ходил в поношенной одежде (впоследствии он надел власяницу с металлической цепью — веригами), носил стоптанные ботинки, не надевал головного убора, не разжигал огня, чтобы согреться, никогда не ел мяса, не пил вина, спал на узкой каменной плите, а под голову клал полено, завернутое в грубую ткань. Он ни от кого не принимал ни подарков, ни денег. Он всегда молчал, и лишь творил умносердечную молитву. Когда порой его о чем-либо спрашивали братья, то он удивленно поводил глазами и молчал.
ЧУДЕСА ПОСЛЕ СМЕРТИ И КАНОНИЗАЦИЯ
Смерть к отшельнику приблизилась 16 декабря 1898, когда во время служения Божественной Литургии о. Шарбель получил инсульт. Его разбил паралич. Восемь дней о. Шарбель находился в сознании и боролся с ужасной болью. На своём смертном одре он не оставлял молитвы, взывая к Богу короткими молитовками: «Отче истинный, вот Сын Твой, жертва приятная» (повидимому, это слова из мароницкой Литургии), также он повторял имя Иисуса, Богородицы, св. Иосифа и святых покровителей отшельников Петра и Павла. В канун Рождества преподобный Шарбель закончил свой земной путь.
Все чудеса начались после его смерти, хотя при жизни тоже отмечались необъяснимые явления, связанные с монахом. На второй день нового года жители Анная увидели над монастырём Святого Маруна, где погребли тело Шарбеля, свечение, похожее на люминесценцию. Это явление, продолжавшееся многие месяцы, привлекло внимание многих людей.
15 апреля 1899 года полицейские искали в горах преступника-убийцу; увидев свечение около монастыря, поспешили туда. Они потребовали открыть склеп, думая, что там скрывается преступник. Оказалось, что вешние воды заполнили склеп, разрушив все трупы монахов, похороненных в одно время с Шарбелем. Только тело монаха Шарбеля не было тронуто разложением. Его лицо и руки обволакивала паутина из грибка, похожая на тонкую вату. Расчистив её, присутствующие, а их было семь человек, увидели лицо не умершего, а спящего человека с испариной розового цвета на лице, похожей на сукровицу. Все члены тела были гибки и эластичны, не чувствовалось трупного запаха. Тело Шарбеля облачили в сухую одежду и положили в маленькую комнатку. Осмотрев его, нескольких врачей констатировали, что монах мёртв.
Шарбель продолжал «потеть» сукровицей, и надо было каждый день менять его одежду. Один монах, уставший от этой работы, решил «посушить» тело на солнышке. Четыре месяца «сушки» не дали результата. Тогда врачи предложили извлечь внутренние органы из брюшной полости. Но ничего не изменилось: тело продолжало «потеть», при этом оставалось гибким и эластичным и не разлагалось.
Многие специалисты, изучавшие этот феномен, выдвигали версию о специальном питании монаха, но Шарбель всегда разделял трапезу со своими братьями-отшельниками.
В 1909 году тело поместили в гроб со стеклянной крышкой и оставили для всеобщего обозрения до 1927 года. Ко гробу святого Шарбеля (так окрестил его народ) началось паломничество. Ватикан ещё не признал монаха святым, поскольку для этого требовалось больше доказательств. Каждый день возле гроба происходили чудеса: исцелялись психически больные люди, поднимались на ноги парализованные, становились зрячими слепые, слышащими — глухие…
Розовая испарина на его теле продолжала выступать. За 17 лет так и не появилось признаков разложения: запах тела оставался обычным, кожа — светлой, тело — эластичным.
В 1927 году тело святого Шарбеля положили в цинковый гроб, а его, в свою очередь, поместили в деревянный. Склеп сделали с двойными стенами, чтобы туда не попала вода. В 1950 году было замечено, что стены склепа промокают и с них стекает студенистая жидкость розового цвета. Опять вскрыли гробы — всё по-старому: не разлагается, «потеет».
Математики посчитали: если тело монаха Шарбеля в день теряет хотя бы три грамма жидкости, то за 66 лет его вес должен был уменьшиться на 75 килограммов, то есть оно должно было превратиться в мумию. А этого не случилось.
В 1977 году Рим официально признал монаха Шарбеля святым. Во время канонизации этого ливанского духовного подвижника Папа Римский Павел VI назвал его одним из величайших святых XX века.
Из 95 стран пишут в монастырь больные, которые не могут сами приехать. Они посылают по почте свои фотографии, пряди волос с просьбой положить их на гроб святого Шарбеля и вернуть им для исцеления. В музее Святого Шарбеля при монастыре демонстрируются тысячи и тысячи писем из разных стран от тех, кому помог святой Шарбель на расстоянии в тысячи километров; выставлены сотни и сотни костылей, ортопедической обуви, шины, туторы — всё это оставили здесь бывшие больные.
26 августа 2017г. в горах ливанской области Кесруан завершился монтаж памятника преподобному Шарбелю Махлуфу — монаху-марониту, канонизированному Католической церковью.
Об этом сообщает информационное агентство Fides.
Высота скульптурного изображения святого Шарбеля составляет 27 метров, а вес — 40 тонн. Работы по установке статуи заняли почти неделю. По информации Fides, работа над скульптурой пока не завершена. Автором изваяния стал ливанский скульптор Наиф Альван.
Юсеф Махлуф — будущий святой Шарбель родился в 1828 г. в селе Бекаа-Кафра, что на севере Ливана высоко в горах. Он был четвертым ребенком в семье простых крестьян Антуана и Бригитты Маклуфов. Эта семья была очень благочестивой, трудолюбивой и аскетичной. В доме Маклуфа особо почитали Пресвятую Деву Марию. Всей семьей они приходили на Божественную Литургию в местную церковь, строго хранили дни поста, обязательно придерживались христианских праздников. Однако, 8 августа 1831 отец Юсефа скончался, когда ребёнку было три года. Его мать через некоторое время вышла замуж за Лахуда Ибрагима, который стал в последствии приходским священником.
[Дальше...]
МОНАШЕСКОЕ ПРИЗВАНИЕ
Юсеф уже с детства был непохожим на своих братьев и сверстников. Печать благоговения перед Богом всегда была на его детском лице, а молчаливость стала присущей ему особенностью. Юсеф никогда не участвовал в шумных мальчишеских забавах и часто не по-детски молился Богу. Он отыскал на склоне горы узкий грот, сделал себе крохотный алтарь, поставил изображение Божией Матери, запасся ладаном и истово молился. С тех пор люди и прозвали его «святым». Этот маленький грот стал первым скитом Юсефа. Здесь он часто слушал внутренний голос, который постоянно говорил: «Твоя жизнь принадлежит Христу. Иди за Ним!».
Юсеф отдалился от сверстников, от семьи, готовясь к важному шагу в своей жизни. И, наконец, пришло то время, когда он оставил все — отчима, мать, братьев и девушку, которая считала себя его невестой. В 23 года (это был 1851) он решительно покинул дом, даже не попрощавшись с матерью. Он понимал, что прощание будет тяжелым и боялся, что бы оно не поколебало его решимость. В то время у Юсефа Маклуфа не было ничего, кроме горячего, всепоглощающего желания служить Господу. Не было у него даже постной лепешки, не было проводника, который знал бы эту дикую местность. По дороге он ел корни растений, лесные ягоды, дикий мед.
Путь юноша держал в монастырь Мейфукской Богородицы, но каким же образом его отыскать? Юсеф однако верил: если Бог захочет, то обязательно укажет ему верный путь. Однажды, на восходе солнца, путник с вершины горы наконец увидел цель своего путешествия. В долине, среди фруктовых деревьев, показались крыши из красной черепицы с остроконечными башнями и крестами, и душа юноши исполнилась радости и благоговения. В монастыре Юсеф обратил внимание на виноградную лозу, которая упрямо тянулась вверх и прямо на крыше распустила листья. «Вот так и я, — подумал Юсеф, — буду упрямо карабкаться на самую вершину монашеского призвания».
В те времена, как и сейчас, в Ливане насчитывалось примерно семьдесят маронитских монастырей, которые были сосредоточением религиозной и культурной жизни нации. Здесь изучали не только богословие, но и необходимые ремесла, внедряли новейшие технологии обработки тяжелой, своеобразной ливанской земли. Словом, в народе монахов считали настоящими просветителями, которых Сам Господь прислал к людям.
Два года строгого послушания в Мейфукском и Аннайськом монастырях (после года послушничества Юсефа переводят в монастырь св. Марона в Аннайе) действительно были двумя героическими годами. Крестьянский закалка и незыблемая вера в Господа помогали юному послушнику выдерживать нечеловеческое напряжение: по пять-семь раз в день принимать участие в Богослужениях, вставать в полночь к Полунощнице, днем пасти на горных склонах скот, работать, пока не стемнеет на виноградниках... Здесь он выполнял столярные работы, дубил кожи, носил с горных склонов огромные камни и шлифовал их.
Молодой послушник все делал с большим увлечением. Несмотря на суровы монастырский распорядок он всегда мог найти время и для того, чтобы изучать литургические песнопения, углублять свои познания через чтение книг. Юсеф искал для себя все новые и новые занятия, никогда не жаловался ни на усталость, ни на тяжелые условия проживания в келье. Во всем он старался походить на отца-наставника, на тех, кто был для него примером. Особенно тяжелым и напряженным выдался первый год послушания. Однако ни один монах не заметил, чтобы послушник в чем-нибудь проявил слабость...
В монастыре Юсеф Махлуф, в честь антиохийского мученика II в., принимает монашеское имя — Шарбель (Сарбелий). Это имя состоит из корней слов со значениями «царь» и «Бог». С первого ноября в 1853 году, он принимает, монашеский постриг. После двух лет послушничества настоятели отправляют молодого монаха в семинарию в Кфифан. Во время обучения в семинарии Шарбель был учеником святого Ниматтуллы Кассаба Аль-Хардини, о котором, если Бог даст, я напишу отдельно. На 23 июля 1859 Брат Шарбель был рукоположен во священники.
ЧУДЕСА ПРИ ЖИЗНИ ШАРБЕЛЯ
Мы, люди, падки на чудеса, но тем не менее Господь попускает их, что бы они стали для нас, слабых верой, отправной точкой, пунктом обращения, толчком к новой жизни во Христе. Много чудес явил Господь через святость своего верного монаха Шарбеля. Пусть же наше любопытство к ним будет не праздным развлечением, но действительно началом нашей личной духовной дороги.
Вот одно из таких чудес... В один жаркий день Шарбель простоял на коленях два часа, а потом пошел работать в поле. Во время его отсутствия в келью проник мелкий воришка и украл две тарелки, из которых Шарбель ел. Когда инок возвращался в монастырь, то увидел неожиданную картину: на тропе, дрожа от страха, стоял бедно одетый человек, а сзади и спереди его окружили две ядовитые гадюки. Стоило этому человеку только пошевелиться, как змеи, словно по команде, поднимали головы и злобно шипели. Шарбель увидел на тропинке свои тарелки и понял в чем дело. В эту минуту появился запыхавшийся отец-настоятель, которому уже сообщили о краже.
— Так это правда? Нужно немедленно вызвать полицию.
— Прошу вас, отче, никого не нужно вызывать! — Впервые решился возразить старшему молодой послушник Шарбель. — Посмотрите, даже змеи не тронули беднягу, зачем же его арестовывать? Змеи уже проучили его. Он это запомнит на всю жизнь.
— Но как нам отпугнуть этих гадюк?
— Позвольте, отче, я это сделаю. — Он близко подошел к змеям, и тихо, но властно приказал им. Они же с шипением юркнули в кусты. А вор, как ошпаренный, бросился наутек.
Был и другой удивительный случай, связанный с отшельническим призванием монаха. Шарбель желал жить отшельнической жизнью, но настоятель колебался благословить его на этот подвиг. Однако вскоре настоятель получил знамение свыше, которое развеяло его сомнения. Однажды, чтобы поразвлечься, монах вместо масла налил в лампу Шарбеля воды. Каково же было его удивление, когда ночью он увидел в его келье свет. В лампе действительно была вода — сам настоятель монастыря попробовал ее на вкус, ибо монах-шутник перепугался и во всем признался ему. У Шарбеля эта вода горела, как масло, но а в келье настоятеля сразу же погасла. После этого случая в 15 февраля 1875 года монаху позволили удалиться в скит. Шарбель отдал иноческой жизни 47 лет, из них 23 года он прожил отшельником.
Были и другие чудеса, но на мой взгляд, самым удивительным среди них, которое Господь явил нам через святого Шарбеля, был чудесный дар молитвы и аскезы. Шарбель мог стоять на коленях по четыре-пять часов. Разговаривать с ним в это время было бесполезно, он находился в глубокой медитации, общаясь с Богом.
Зимой и летом монах ходил в поношенной одежде (впоследствии он надел власяницу с металлической цепью — веригами), носил стоптанные ботинки, не надевал головного убора, не разжигал огня, чтобы согреться, никогда не ел мяса, не пил вина, спал на узкой каменной плите, а под голову клал полено, завернутое в грубую ткань. Он ни от кого не принимал ни подарков, ни денег. Он всегда молчал, и лишь творил умносердечную молитву. Когда порой его о чем-либо спрашивали братья, то он удивленно поводил глазами и молчал.
ЧУДЕСА ПОСЛЕ СМЕРТИ И КАНОНИЗАЦИЯ
Смерть к отшельнику приблизилась 16 декабря 1898, когда во время служения Божественной Литургии о. Шарбель получил инсульт. Его разбил паралич. Восемь дней о. Шарбель находился в сознании и боролся с ужасной болью. На своём смертном одре он не оставлял молитвы, взывая к Богу короткими молитовками: «Отче истинный, вот Сын Твой, жертва приятная» (повидимому, это слова из мароницкой Литургии), также он повторял имя Иисуса, Богородицы, св. Иосифа и святых покровителей отшельников Петра и Павла. В канун Рождества преподобный Шарбель закончил свой земной путь.
Все чудеса начались после его смерти, хотя при жизни тоже отмечались необъяснимые явления, связанные с монахом. На второй день нового года жители Анная увидели над монастырём Святого Маруна, где погребли тело Шарбеля, свечение, похожее на люминесценцию. Это явление, продолжавшееся многие месяцы, привлекло внимание многих людей.
15 апреля 1899 года полицейские искали в горах преступника-убийцу; увидев свечение около монастыря, поспешили туда. Они потребовали открыть склеп, думая, что там скрывается преступник. Оказалось, что вешние воды заполнили склеп, разрушив все трупы монахов, похороненных в одно время с Шарбелем. Только тело монаха Шарбеля не было тронуто разложением. Его лицо и руки обволакивала паутина из грибка, похожая на тонкую вату. Расчистив её, присутствующие, а их было семь человек, увидели лицо не умершего, а спящего человека с испариной розового цвета на лице, похожей на сукровицу. Все члены тела были гибки и эластичны, не чувствовалось трупного запаха. Тело Шарбеля облачили в сухую одежду и положили в маленькую комнатку. Осмотрев его, нескольких врачей констатировали, что монах мёртв.
Шарбель продолжал «потеть» сукровицей, и надо было каждый день менять его одежду. Один монах, уставший от этой работы, решил «посушить» тело на солнышке. Четыре месяца «сушки» не дали результата. Тогда врачи предложили извлечь внутренние органы из брюшной полости. Но ничего не изменилось: тело продолжало «потеть», при этом оставалось гибким и эластичным и не разлагалось.
Многие специалисты, изучавшие этот феномен, выдвигали версию о специальном питании монаха, но Шарбель всегда разделял трапезу со своими братьями-отшельниками.
В 1909 году тело поместили в гроб со стеклянной крышкой и оставили для всеобщего обозрения до 1927 года. Ко гробу святого Шарбеля (так окрестил его народ) началось паломничество. Ватикан ещё не признал монаха святым, поскольку для этого требовалось больше доказательств. Каждый день возле гроба происходили чудеса: исцелялись психически больные люди, поднимались на ноги парализованные, становились зрячими слепые, слышащими — глухие…
Розовая испарина на его теле продолжала выступать. За 17 лет так и не появилось признаков разложения: запах тела оставался обычным, кожа — светлой, тело — эластичным.
В 1927 году тело святого Шарбеля положили в цинковый гроб, а его, в свою очередь, поместили в деревянный. Склеп сделали с двойными стенами, чтобы туда не попала вода. В 1950 году было замечено, что стены склепа промокают и с них стекает студенистая жидкость розового цвета. Опять вскрыли гробы — всё по-старому: не разлагается, «потеет».
Математики посчитали: если тело монаха Шарбеля в день теряет хотя бы три грамма жидкости, то за 66 лет его вес должен был уменьшиться на 75 килограммов, то есть оно должно было превратиться в мумию. А этого не случилось.
В 1977 году Рим официально признал монаха Шарбеля святым. Во время канонизации этого ливанского духовного подвижника Папа Римский Павел VI назвал его одним из величайших святых XX века.
Из 95 стран пишут в монастырь больные, которые не могут сами приехать. Они посылают по почте свои фотографии, пряди волос с просьбой положить их на гроб святого Шарбеля и вернуть им для исцеления. В музее Святого Шарбеля при монастыре демонстрируются тысячи и тысячи писем из разных стран от тех, кому помог святой Шарбель на расстоянии в тысячи километров; выставлены сотни и сотни костылей, ортопедической обуви, шины, туторы — всё это оставили здесь бывшие больные.
26 августа 2017г. в горах ливанской области Кесруан завершился монтаж памятника преподобному Шарбелю Махлуфу — монаху-марониту, канонизированному Католической церковью.
Об этом сообщает информационное агентство Fides.
Высота скульптурного изображения святого Шарбеля составляет 27 метров, а вес — 40 тонн. Работы по установке статуи заняли почти неделю. По информации Fides, работа над скульптурой пока не завершена. Автором изваяния стал ливанский скульптор Наиф Альван.